Мы снова принялись за уборку. Я аккуратно срезала стебли серпом, сразу увязывая в аккуратные охапки, периодически останавливаясь, чтобы убрать выбившиеся из-под тюрбана и прилипшие к лицу мокрые волосы. Папа махал огромной косой, а ровным слоем скошенные колосья вслед за ним собирали мои младшие братья - Ярик и Слава. Обычный летний день…
Был им, пока вдалеке не раздались истошные крики Малека – одного из наших соседей. Мы побросали косы и серпы и побежали было к нему, однако он мчался к нам, размахивая руками, и что-то кричал, что мы не слышали из-за расстояния. Потом он начал показывать пальцами в небо, и, наконец, мы расслышали слова:
- Дракон! Дракоооооооон!
Я остановилась, выдохнула и посмотрела на небо, в поисках этого страшного существа. У нас с детства было только две страшилки: Выжженный Лес и драконы – наши извечные враги. Правда я думала, что наши границы сейчас под надежной охраной – по крайней мере об этом нам рассказывали купцы на ярмарках, помимо товаров, привозившие столичные новости. И уже давно не было, по крайней мере в нашей местности, нападений этих смертоносных ящеров, которые выжигали деревни, а иногда и целые города, оставляя после них пустыню – такую как наш Выжженный лес.
Сначала мне показалось, что Малеку почудилось, что он из-за жары принял за дракона облако или стаю птиц, но постепенно, один за одним, люди стали ахать и кричать, указывая в небо. Вдалеке неслась черная точка, постепенно становившаяся больше и больше – и уже видны были очертания крыльев, длинный хвост, распластавшийся по небу…
- Искра, возьми мальчишек и бегите к лесу. Авось он удовлетворится деревней и не станет преследовать остальных. – Папа стоял прямо, хмуря брови и сжимая губы.
- А как же ты? А мама в деревне?
Ярик и Слава еще теснее прижались к папе и начали хныкать.
- Я пойду за ней. Мы попытаемся что-нибудь сделать… А теперь не стойте столбом, бегите!
Я схватила братьев за руки и потащила их по полю, прочь от деревни, прочь от страшного крылатого монстра, который не ведает жалости и не оставляет никого в живых. Вот только далеко убежать мне не удалось. Внезапно мои ноги онемели, и я упала в свежескошенные колосья пшеницы. Как легко они могут загореться, достаточно одной только искорки…Мальчишки пытались меня поднять, но я не могла встать, тело меня не слушалось, в голове все заволокло туманом. Мышцы крутило и выворачивало, словно у меня случился острый приступ лихорадки, горло першило, а тело изгибалось. Я пыталась дышать, пыталась что-то сделать, но все было бесполезно. А потом мое сознание растворилось в серой мгле…
***
Подняться с земли первый раз – сложно. Но в воздухе хорошо. Люблю небо, люблю воздушные потоки – они так нежно щекочут чешую. Не люблю таких, как та, что прилетела. Почему – не знаю, но испытываю ярость и ненависть, и желание разорвать в клочья. Лечу ей навстречу. Она протестующе мотает рогатой головой, показывает, что это ее территория. Нет уж. Это – моя территория. Я знаю это.
Я рычу и кидаюсь к ней, она резко тормозит в воздухе и пытается прокусить мне крыло своими огромными зубами. Не успевает. Я мелкая и быстрая и вцепляюсь ей в шею клыками, душу ее. Из ее пасти вырывается клекот, она молотит крыльями, лапами и хвостом. Больно, но я держусь. Тут я вижу еще один серый проблеск. Неужели ей прилетела подмога? С двумя мне не справиться.
Но небольшой серый дракон вцепляется в хвост той, кого я определила своим врагом. Он мешает ей сопротивляться. Значит он за меня. Проходит еще пара минут, и она перестает шевелиться. Мы разжимаем пасти. Она падает на землю, молча, глухо. Крылья распластались по полю. Мы приземляемся рядом, я рычу…
Глава 3
Я снова прихожу в сознание, и первым, что вижу, открыв глаза – огромную уродливую морду чудовища. Вытянутая пасть, покрытая наростами, шипы на том месте, где полагается быть бровям, все это венчают твердые на вид, шипастые же рога. Я кричу, надрывая голос, пока не понимаю, что морда не шевелится, а глаза так и остаются закрытыми. Дракон мертв. Нет, не дракон, дракониха. Откуда-то я знаю это.
Как я оказалась рядом с ней? Что случилось? Она схватила меня и хотела убить, но кто-то ей помешал? Я с трудом шевелюсь, потому что все тело словно покрыто слоем земли, которая мешает двигаться. Вдалеке слышны какие-то крики, я поворачиваюсь в ту сторону, но никого не вижу.