Филипп почти с ожесточением замотал головой.
- Да нет, сэр Ричард, вы чего! Совсем даже наоборот. Вокруг меня все готовы на цыпочках ходить, лишь бы я ещё раз рассказал о вашем бое с великаном или заставил Ригеля показать какую-нибудь забавную штуку... Я тут выучил его парочке новых фокусов, и это даже лучше того трюка с рыбой. Он мне даже разрешает сесть к себе на спину…
- И летает?! – ахнул Ричард.
- Нет, не может… То ли слишком маленький еще, то ли просто не может летать с грузом на спине. Крылья ведь тонкие. Но бегать может запросто. Со мной и с леди Алисон, во всяком случае. Вот насчет вас не знаю, вы все-таки тяжелее нас обоих. Думаю, надо попробовать.
- Ладно, попробуем, - со смехом согласился Ричард. – Но сначала я отмоюсь и чуть-чуть посплю. Я всю дорогу не мог выспаться по-настоящему, да и одежду тоже не стирал – слишком спешил. Боюсь представить, на что я сейчас похож...
Обычай требовал, чтобы член Братства путешествовал в доспехах, чтобы быть готовым в любой момент откликнуться на чей-нибудь призыв о помощи или сразиться с встретившимся на его пути чудовищем. Ричард так привык к этому, что всю дорогу едва замечал свои доспехи, но теперь, когда он снова оказался дома, длинная кольчужная рубашка неожиданно стала казаться ему вдвое тяжелее. Рыцарь еще у ворот замка скинул и отдал Гидеону висевший у него за спиной тяжелый щит и пыльный плащ, а сейчас отстегнул перевязь с мечом и стал снимать кольчугу. Надо бы отнести ее в кузницу, чтобы Олаф ее отчистил и поправил звенья, сплюснутые и погнутые во время боя с великаном, но это потом, потом… Сейчас у него просто не было на это сил.
Филипп внезапно оказался рядом и помог Ричарду высвободить руки из кольчужных рукавов – совсем как после боя с людоедом.
- Давайте, я отнесу ваши доспехи Олафу, сэр Ричард, - вкрадчиво предложил он.
- Ну вот еще! – возразил удивленный рыцарь. Как все-таки невовремя случился с Филиппом этот приступ услужливости… Теперь не удастся просто бросить грязную кольчугу на конюшне, а придется топать в кузницу через весь двор. – Я что, по-твоему, старик или больной? И ты мне не слуга…
- Ваши люди считают, что я кто-то вроде вашего оруженосца.
- Это ты им такое сказал? – спросил Филиппа Ричард, вскинув бровь. Парень замялся.
- Ну, вначале они сами так решили… а я не стал их разубеждать.
- Ты из-за этого такой испуганный? Думал, что я узнаю, что ты сам себя назначил мне в оруженосцы, и мне это не понравится?
- А вы не против? – просиял Филипп. Ричард шутливо сдвинул брови.
- Ну, вообще-то, я действительно предпочел бы решать подобные вопросы сам, а не обнаруживать, что меня ставят перед фактом, - сказал он. Но, видя, как понурился Филипп, решил не мучить его дольше и пожал плечами. – С другой стороны, если бы мне понадобилось взять оруженосца, то против твоей кандидатуры я бы не возражал. Характер у тебя, пожалуй, подходящий для такого дела. Достаточно вспомнить, как ты бросился на того людоеда… Но я не думал, что ты можешь захотеть чего-нибудь подобного. Разве ты сам не говорил, что разъезжать туда-сюда и искать неприятностей на свою голову – это занятие не для тебя?..
Филипп потупился.
- Я правда так и думал. Раньше. Но потом, когда вы уехали в столицу, а леди Эмилия узнала про дракона, все как будто бы наладилось, но мне все время было не по себе. Сначала мне казалось, что я просто беспокоюсь, справитесь ли вы с Гильомом. Но потом однажды Алисон сказала, что прилетел голубь с королевской голубятни, с сообщением, что у вас все порядке и вы возвращаетесь домой, и волноваться вроде было уже не о чем, а я все равно места себе не находил. Я даже думал – да что со мной вообще не так? Пока я жил у лорда Освальда, да и до этого, дома у родственников, я бы за такую жизнь руки или ноги не пожалел. Леди Эмилия позволила мне поселиться в замке, и ко мне здесь так хорошо отнеслись, что даже стыдно – я ведь и работать почти не работал, только помогал иногда вашим людям… И я был все время сыт, и одет куда лучше, чем когда-либо за свою жизнь, чего же еще надо?.. Но я понял, что, когда мы спали в шалаше или искали того людоеда, я был счастлив – а сейчас мне просто «хорошо». И еще я скучал…