К счастью, на четвертый день таких мучений старая детская шкура наконец-то отслоилась полностью, и Ригель перестал чесаться, как блохастый пес. Новая чешуя, ко всему прочему, была значительно красивее, чем прежняя – твердая и блестящая, она была не просто черной, а черной с зеленым и одновременно золотым отливом, как те майские жуки, которых Ричард с Алисон и Невиллом ловили в детстве. Настроение у Ригеля тоже явно улучшилось, и дракон снова начал с жадностью набрасываться на свежее мясо, пирожки и даже сваренную Анной кашу.
- Пора тебе поразмяться, - сказал ему Ричард, радующийся тому, что к Ригелю вернулся аппетит. И Ригель, впервые за неделю с лишним, покинул конюшни замка, чтобы наконец побегать под открытым небом. Летать он пока не рвался, но охотно нарезал круги по полю перед замком, а потом даже затеял с Невиллом, Алисон и Филиппом шумную возню. Все трое хохотали и дразнили Ригеля, носясь по полю, а дракон гонялся за людьми – или, точнее было бы сказать, изо всех сил изображал усердную и напряженную погоню. Эйсли и стоявший рядом с ним Гильом отлично видели, что быстрый, как стрела, дракон мог при желании за несколько секунд переловить своих противников, но вместо этого Ригель рычал, расправлял крылья и царапал землю лапами, делая вид, что у него никак не получается кого-нибудь схватить.
Ригель явно не понимал, почему Ричард остается в стороне от их игры, поэтому пару минут спустя, решив не дожидаться Ричарда, бросился к нему сам. Воздушная волна от крыльев полуторагодовалого дракона чуть не сшибла рыцаря с ног. Ричард засмеялся и погладил Ричарда по скуле, но остался стоять на прежнем месте. Во-первых, ему не хотелось оставлять своего гостя одного, чтобы тот не почувствовал себя забытым, а во-вторых – было неловко бегать, как мальчишка, на глазах у Железной Руки.
Дракон, впервые в жизни наблюдающий такую несговорчивость, нетерпеливо переступил с ноги на ногу – и начал толкать рыцаря носом в грудь.
«Ну?!.. - ясно говорили блестящие глаза Ригеля. – Ну ты чего, не понимаешь, чего я хочу?.. Беги!»
- Потом побегаем, - пообещал ему сэр Ричард. – А пока что лучше покатай нашего гостя. Можешь?..
Во время болезни Ригеля Ричард рассказывал Орси, что Ричард за последний год так вырос, что спокойно может нести на спине сразу двоих людей, и часто катает сразу его самого и Алисон. Единственной проблемой при езде на спине Ригеля являлось то, что чешуя дракона была очень скользкой, а крылья и связанные с ними мышцы двигались даже тогда, когда он не летал, а бегал по земле, так что усевшийся к нему на спину человек в любой момент рисковал соскользнуть на землю. В результате Филипп с Олафом, подумав и произведя все необходимые замеры, смастерили для Ригеля седло, которое удобно застегивалось под грудью и не причиняло дракону никаких неудобств, зато предохраняло человека от падения. Ригель не сразу понял, что это за штука и почему ему следует ее носить, но, обнаружив, что вместе с седлом люди всегда приносят ему соблазнительные лакомства вроде медовых коржиков или миндального печенья, проникся к сделанной Олафом сбруе нежными чувствами и даже сам начал вытаскивать седло на двор с конюшни, намекая, что пора бы чуть-чуть покататься, чтобы получить законный повод объедаться сладостями.
Гильом проявил ко всем этим историям заметный интерес, и Ричард был рад, что может наконец продемонстрировать ему таланты Ригеля на практике. Дракон успел привыкнуть к постоянному присутствию Орси за несколько последних дней, так что без всяких возражений позволил Гильому сесть в седло. Ричард похлопал Ригеля по шее.
- Давай, приятель, пробегись чуть-чуть по полю. Покажи, насколько ты быстрее лошадей…
Гильом, предупрежденный Ричардом, что дракон приучился реагировать на те же жесты, что и лошади, толкнул бока дракона пятками, и Ригель галопом сорвался с места. Иногда дракон и правда бегал, как обычный конь, то есть перебирал ногами, сложив крылья за спиной, но иногда, когда его распирало веселье – как сейчас – Ригель несся вперед огромными прыжками, вытянув шею вперед и полурасправив крылья, словно собирался оттолкнуться от земли и полететь. Впрочем, на памяти самого Ричарда, он еще никогда по-настоящему не отрывался от земли, когда у него на спине кто-то сидел, и, какой бы удивительно манящей не была идея о полетах на драконе, Ричард склонен был согласиться с Филиппом. Судя по всему, подняться в воздух вместе с всадником дракон не мог. Крылья позволяли взрослому дракону нести что-нибудь в когтях, и это «что-то» могло само по себе быть даже тяжелее человека. Но с дополнительной тяжестью на спине крылья дракона не справлялись.