Пушкари поднесли к давно нацеленным орудиям пальники, те дёрнулись и выпалили, отчего пороховой дым заполнил долину, сносимый боковым ветром. На фоне грохота пушек и громадных клубов дыма, залповые выстрелы мушкетеров и аркебузиров прозвучали хлопками. Тем не менее, что ядра выкашивали по целому ряду закованных в броню рыцарей, сбрасывая их с коней, разрывая напополам коней и отбрасывая трупы назад, сминая ряды наступающих, а мушкетные пули пробивали двоих рыцарей навылет. Где ядра попали в лучников – оставался коридор из кровавых ошмётков. Выстрелы мушкетов были наиболее убойными после ядер: рыцари падали простреленные насквозь, лучников простреливало по нескольку, аркебузиры выкашивали лучников, сбивая и рыцарей в дешёвых доспехах. Английские войска остановились, что дало возможность остаткам королевских рыцарей и наёмникам собраться и воодушевиться – пришла неожиданная помощь. Англичане тут же послали отряды лучников сбить стрелков с холмов, но засады арбалетчиков выкосили наступавших стрелков и начали обстрел с флангов. Англичане немного даже стали отступать, но в бой ввели свежие рыцарские отряды, лучникам поднесли охапки стрел и вывели их за рыцарей, чтобы они могли стрелять. Но расстояние для лучников было великовато, редкие стрелы достигали холмов, а стрелять в клубы дыма из-за боязни попасть в своих лучникам не приказывали.
Пушки быстро перезарядили и снова выстрелили, затем ещё, с неизменным эффектом сбитых как кегли рыцарей и коней. Пушкари целили подальше от наших рыцарей, воспрявших духом, сбивая спешащие на подмогу рыцарские отряды и проходясь по задним рядам атакующих. Мушкетёры неизменно выбивали залпом по целому отряду, аркебузиры были не так заметны, но собирали свою жатву. Ряды англичан, исчезающие целыми отрядами после очередного грома, плавая в клубах едкого дыма заколебались. Но перегрелись мушкеты и аркебузы, в бой вступили резервы, более малочисленные, плотность огня снизилась, англичане приободрились, но спустившиеся ближе шотландские лучники и арбалетчики начали обстрел. Он был не такой убийственный, как мушкетный, но собирал свою дань, теперь англичане оказались в ситуации, что их беспрепятственно нашпиговывают футовыми стрелами и болтами. Англичане ненавидели шотландцев, никогда не брали их в плен, оттого стрелы, не хуже английских всаживали шотландцы от всей души. Мушкеты и аркебузы остыли, мы начали снова обстреливать, пушки стреляли всё реже, англичане начали рассеиваться, сложно было найти большой отряд, чтобы не тратить ядра понапрасну. Впрочем, заканчивался порох, ядра и пули.
Тем временем, в тылу англичан началась паника, особенно в обозе. Как было условлено – лёгкие рейтары атаковали с первыми залпами пушек. Они прошлись с пиками по тылам, отчего поднос стрел и прекратился – они перекололи мальцов, подносящих стрелы. Пронеслись ураганом по лагерю, убивая всех попадающихся под руку, сжигая палатки, а главное перебили обслугу бомбард, спешно подтаскиваемых на поле боя. Рейтары сожгли запасы пороха, забили в затравочные отверстия гвозди, заодно разграбили богатую казну англичан, брошенную в панике. Из лагеря паника перекинулась на подкрепления, идущие в бой, там решили, что в тыл ударила английская рыцарская конница. Масла в огонь подлили рейтары, наскочившие сзади на англичан и начавшие караколирование в лучшем виде. С холма, пороховой дым немного разогнало ветром, было видно, как эти закованные в латы красавцы наскакивают на задние ряды англичан, с искрами выстреливают из пистолетов и меняются местами со вторым и третьим рядом, уходя на перезарядку. В английских рядах началась форменная паника, особенно после дюжины брошенных в строй гранат, разорвавшихся со страшной силой. Отстрелявшись и израсходовав заряды, рейтары развернулись, вытащили свои огромные кавалерийские мечи и не разбирая дорогу врубились в суетящиеся и убегающие отряды, сея панику и смерть.