– Разум короля не вынес ужаса пребывания в чудовище, – неуверенно произнёс лекарь.
– Скорее надышался испарениями в брюхе дракона, – покачал я головой, – я-то привычный к этой отраве, не уберёг короля.
– Полно, Годфрид, себя корить, – хлопнул меня по плечу император, – событие весьма печальное, что говорить, я потерял союзника, но приобрёл нового: король умер – да здравствует король!
– Но кто будет королём?! – вскричал Сен-Поль.
– Мать умершего короля, возможно, имеет некоторые шансы на престол, но женщина в такое время на троне будет не к месту, а детей у короля не было, – размышлял император, разглядывая тело покойного, – герцог Бургундии и граф Фландрии погибли, их малолетние дочери к престолу не годны, остаётся всего один кандидат на престол.
– Я даже подозреваю какой, – вздохнул Аделард, – может граф Тулузы?
– Его не поддержит Папа, граф почти отлучён от церкви за его прелюбодеяния и еретические выходки, – покачал головой император, – перед нами будущий король, если мне не изменяет Карл, забыл какой по счёту.
– Значит коронация… – сказал Аделард, имевший с десяток имён и титулов, просто имя Аделард нравилось ему больше всех, а первым именем было Карл, – неожиданно, хотя весьма лестно.
– Да здравствует король! – заорали слуги, выбегая из шатра.
– Да здравствует король! – заорали вскочившие войска, не понимая, что происходит.
– Ваше величество, – преклонил Сен-Поль колено и протянул корону, – за неимением герцога Бургундского, позвольте мне…
– Полно вам…, – взял и повертел в руках корону Аделард, – да встаньте все и ты Годфрид, портки на коленях протрёте, Сен-Поль – назначаетесь коннетаблем.
– Войско хочет приветствовать нового короля, – откинул полог император.
Вести о смерти непопулярного при жизни и нелюбимого после такого поражения короля обежала пожаром войско. Аделарда многие недолюбливали за его прошлые дела, однако теперешние бои сделали его весьма популярным. А увидав любимого в войсках Сен-Поля с мечём коннетабля – ликование солдат стало неподдельным. Лагерь неистово вопил, даже приунывшие остатки войска, бежавшие с умершим королём радостно кричали. А отряды Сен-Поля и мои, стоявшие плечом к плечу с отрядами Аделарда вовсе радовались несказанно ожидая королевского жалования и привилегий – мечты любого наёмника. Вдоволь намахавшись руками и флагами, все разошлись к пожалованным по такому случаю новым королём бочкам с вином. Остальные устроились в развёрнутом шатре, в королевском суетился лекарь и слуги, подготавливая тело к перевозке в фамильный склеп.
– Нам стоит скоординировать наши действия, – сказал император, отпивая из кубка, – могу предложить пока незначительную помощь, вот освободятся войска на юге, тогда смогу предоставить что-то посущественнее, пока имеется флот на юге, его можно перебросить для перерезания коммуникаций англичанам.
– Но армия практически разбита, ваше императорское величество, – сказал Сен-Поль.
– Коннетабль, мы видим достаточные силы для войны, – улыбнулся император, – Готфрид с его головорезами отправится в Ла-Манш и перережет линии снабжения англичанам, вместе с Барбароссой – алжирским пиратом, я договорился о его участии.
– Виданное ли дело христианам нанимать сарацинского пирата? – нахмурился герцог.
– Лихие времена, призывают нас к лихим поступкам, – сказал император, – Готфрид, что вы думаете о сарацинах.
– Хайреддин-паша отчаянный пират, славный полководец, громивший крупнейшие христианские флоты, – сказал я, – ему английский флот будет нетрудной добычей.
– О чём и речь, – кивнул император, – Рыжая борода избавит нас от англичан, взамен просит небольшие земельные наделы юга, что нам всё равно не удержать, поладите с сарацинами?
– Сарацины такие же люди, как мы, – сказал я, – веры иной, но нашего бога тоже почитают, кровь у них красная, страдают от жары и холода, люди как люди, но склонны к предательству.
– Готфрид тебе предстоит набрать войск и отправиться в Пор-Сен-Луи-дю-Рон, что на Средиземном море, – покивал император, – там ожидает эскадра Барбароссы, готовая начать громить англичан, главное полностью отрезать Англию от материка. А герцог Сен-Поль будет любезным отбить нам северные земли, пока вы топите английские корабли. Думаю, герцог Этьенский, будет лучшим новым королём, чем этот бедолага, всё же внук Карла Безумного, коронация в Реймсе, через неделю будет день большого литургического праздника, лучшей даты не сыскать. А про короля скажем, что погиб на поле боя, как полагается, вёл рыцарей вперёд и пал с мечом в руке, негоже народу думать, что короли могут умом тряхнуться и помереть изошедшись пеной, про монарха должно знать, что о народе печётся непрестанно и рыцарь из первых, готовый на врага броситься в любой момент с горсткой оруженосцев.