Знал бы дракон, о чем я думаю, сидя у него на коленях в постели. Смыть бы с себя все следы опьянившей меня страсти. Может, стоит попробовать улизнуть? Добраться до душа? Трепыхнулась, высвобождаясь из его рук. Хоть когти убрал, уже счастье. Одна его ладонь лежит у меня на животе, пальцами второй инквизитор заботливо перебирает спутавшиеся пряди волос. Дались они ему, мои косы!
- Куда? - рыкнул он и прижал меня сильнее к себе.
- Мне нужно.
- Иди.
Соскочила с постели, физически ощущая на себе взгляд янтарных глаз хищника. Одежды у меня больше нет. Никакой, совсем. Платье распорото и валяется в кабинете. И как быть? Плед, что лежит на полу, просто огромен. Придется, видимо, идти так. Черт с ним, с драконом, пусть смотрит, если ему так этого хочется. Все равно изменить что-либо пока не в моих силах. Осталась цела – уже огромное чудо. Все двери раскрыты, никуда не деться от этого змеиного взгляда, обернулась через плечо, так и смотрит из-под полуопущенных век, следит. Повезло ещё, что уголок в ванной отгорожен ширмой, хоть какое-то уединение, пародия на него.
Странный день, страшный, и конца ему нет. Хоть бы, урвать пару часов на сон. Пусть и рядом с драконом. Иначе, я, наверное, умру от усталости. Душ ободряет. Нужно заставить себя выйти и шагнуть под теплые струи. Станет легче и проще. Выскользнула, огляделась. Черт знает, что из этого душ. В бассейне и вовсе плавает небольшой айсберг. Вот как это понимать? Зачем ему понадобился тут лёд? Решил мою тушку заморозить, если прикончит ненароком в любовной игре? Метнулась к знакомому месту, тому, где мыла руки. Села на корточки и подставила под струю воды спину, стараясь не думать сейчас ни о чем. Не вышло, раздался ужасающий рев из постели. Распахнула глаза, разъяренный зверь уже рядом со мной. И снова на крупных пальцах сверкают острые когти. Поднял на руки, чуть царапнув бедро. Я вскрикнула. Струйки крови коснулся горячий язык. Он меня лижет? Сам же ранил и сам же зализывает ссадину?
Мягкая нега постели, ненасытный язык обходит каждую клеточку моего тела, словно бы изучает на вкус. Целует, чуть прикусывает, ласкает. Навис надо мной, сверкая очами.
- Манкая, - выдохнул в губы и упёр колено между бедер, раздвигая себе путь.
Нужно ответить. Пусть нет того наваждения. Тело хочет, разум советует подчиниться, а сердце сжалось в ужасе от того, кем я стала.
Вторгся словно захватчик, не спрашивая, беря теперь жадно и смело. Я дернулась было. Напрасно. Волосы смяты, зажата хрупкая шея в его ладони. Предупреждающе пока и даже не больно, но страшно. Огромный зверь, дикий. Попробуй такого приручить, а надо. Несмело провела рукой по каменной чешуе спины, та распалась прямо под пальцами, обратившись в мягкую кожу. Не так крепка броня этого зверя, если ее можно убрать одним только нежным касанием.
Против воли я застонала и подалась навстречу. Последовал жаркий поцелуй. Откликается, хочет. Огромный, заполняющий меня до отказа. Боится навредить, замедляется и снова не может с собой совладать. Глупое тело блаженствует в объятиях зверя, радостной дрожью встречает каждое его движение. Дракон повалился на меня, чуть не задушил собственным весом и укусил за шею рядом с артерией. Горячая кровь брызнула на кожу. Боли нет, но до одури жутко. Загрызет! Дергаюсь, пытаясь освободиться, внутри все вибрирует и дрожит от ужаса, от наслаждения, от его собственной дрожи. Задыхаюсь под весом огромного тела, и меня сносит волной удовольствия. Кричу уже в голос. И чего больше в том крике - ужаса или наслаждения, не знаю сама.
Очнулась от того, что мягкие губы трогают свежую рану, целуют, ощупывают, тревожат.
- Спи. Тебе нужно много спать.
Меня подгребли и уложили под горячий бок. Захочешь – не выберешься. Темно в спальне, совсем ничего не видно. Дверь и ту, он, похоже, закрыл. Слышно только лёгкое звяканье. Пересохших губ коснулся краешек чашки.
- Пей, это вода.
Холодная, почти ледяная. И мужчина меня совсем не торопит. Даёт насытиться водой, лишь затем убирает чашу, укладывает удобней, накрывает обнаженное тело шелковистым меховым одеялом, сам ложится именно так, чтоб я вся оказалась прижата к его ненасытному телу. Но больше не требует от меня удовольствий, наоборот, баюкает, мурлыча в ухо мотив тихой песни.
Роу
Услада. Только так и можно назвать хрупкую девушку. Кожа да кости, а сколько наслаждения в ней таится, в каждой приглушённой феромоном эмоции, в каждом отклике на мое движение. Дурманящий остротой, сводящий с ума коктейль. Сбежала, попыталась смыть с себя мой запах, который ещё и не осел толком на белом атласе ее нежной кожи. Сама виновата в том, что было потом. От нахлынувшей на меня ярости, не смог сдержать когти. Самка снимает с себя главный символ моего ею владения, моей защиты её от всех – запах! Затащил обратно в постель, думал отшлепать, но заметил кровь, выпущенную моим когтем из ее тела. Такого наказания будет достаточно для первого раза. Побоится нарушать неписаные правила, но и рук бояться не будет. Ещё только этого не хватало. Наоборот, должна льнуть, вкладываться в протянутую к ней мою руку.