— Вы хорошо справились, — нарушил тишину земляной дракон, — я горжусь вами. Теперь разделите вепря.
Детёныши молча послушались Трефалкира, вспоминая как правильно делить добычу и трофеи в совместной охоте согласно общему этикету драконов. Голова и шея принадлежат дракону, завалившему животное на землю. Фангрэнэ проявил внимательность, и благодаря его усилиям удалось опрокинуть кабана, лишить его опоры. Поэтому главный трофей отошёл к нему. Грудная часть достается старшему охотнику. В данном случае её было решено отдать Сардоласу, храбро бросившемуся на выручку младшему брату. Бэйлфару, который сумел начать удушение, достались хвост и копыта. А всё остальное добытое мясо делится в равных частях между всеми участниками охоты, вне зависимости от положения и заслуг каждого из охотников. Внутренности: сердце, требуха, печень, почки оставляются на месте убийства, как дань уважения и благодарности первой добыче. Спустя час неспешной разделки, отец, неся в зубах мясо, повёл гордых сыновей домой. Они же несли свои награды, высоко задрав мордочки, перепачканные в крови и шерсти убитого ими вепря.
Комментарий к 32. Схватка.
Немного сведений о драконах, чуть лора, скажем так XD Можно сказать, что охота Трефалкира противопоставлена охоте драконышей. Некий символизм. Он спокойно отнял жизнь у живого существа, проявляя милосердие и не предавая этому большое значение. Они же испытывали целую палитру эмоций от первой охоты, следуя инстинктам.
Надеюсь, охота вышла хорошей, поскольку я прочитал книги по охоте и интересовался разными аспектами, дабы всё вышло правдоподобно:3
Шестеро ждущих, спасибо))! Как и читателям) Люблю вас всех^^
Рубрика познавательные фанфики:
«Идешь на медвежью охоту — приготовь постель и позови доктора, а идешь на кабана — закажи гроб»
Взрослый кабан самец способен с легкостью справиться с человеком, нанеся ему ранения своими клыками. Самки же предпочитают нанести удар передними ногами, предварительно повалив человека.
Лучшие ночи для летней охоты на кабана — лунные, а место надо выбирать так, чтобы сидеть лицом к западу. Так силуэты будут лучше различимы.
Охота скрадом еще более интересна. Когда кабаны вечером начинают кормиться, они теряют бдительность и производят много шума. Поэтому подойти к жирующему кабану можно очень близко. Делать это надо обязательно против ветра и замирать, когда чавканье стихло — значит, зверь прислушивается. Продвигаться надо по краю опушки, под защитой кустов, периодически останавливаясь, чтобы оценить ситуацию. Если услышите шум кабаньей возни, тогда начинайте аккуратный подход чем ближе к зверю.
33. Безграничные странствия
Роулсанэ наслаждалась поистине замечательным видом. Зов путника в очередной раз не подвёл и привёл её в живописную местность. Ярко-зелёный лес ступенчатыми уступами спускался в низину, куда отовсюду стекалось множество ручьёв. Водных извилистых потоков было столь много, что они, то и дело пересекаясь друг с другом, образовывали целую речную сеть. Запруды растекались ровной гладью, ловя солнечные блики днём, а вечером отражая холодный свет прекрасных звёзд и наполняясь ночью сиянием бледной луны. По этой идеальной поверхности изредка пробегали тихие и осторожные волны, поднимаемые не то рыбами, не то другой живностью, скрытой внутри. Несмотря на иллюзию застывшего мига, вода пребывала в постоянном, неуловимом движении. Об этом свидетельствовало нескончаемое журчание, плеск и капель. Потоки текли с разной скоростью, играя тем самым свою неподражаемую мелодию. Прекрасную для слуха морской драконицы. Здесь мягко воцарилась её родная стихия в гармонии со всем миром. Молодая самка невольно сравнивала эти звуки с плеском волн о берег. Похоже, но вместе с тем разница была огромной. Море словно дышало, могучее и жестокое. Озёра напоминали молчаливых хранителей своих тайн, спокойные и непоколебимые. Реки же, скорее, пели в своём беге. То тихо в небольших руслах, то громко, со всей скоростью натыкаясь на пороги, то с громоподобным рёвом срываясь вниз с каменистых разломов. Конечно, есть ещё вода, которая прорывается вверх из-под земли, но такого Роулсанэ пока ещё не видела, ровно как и горячих вод, что никогда не покрываются льдом и вечно дымятся. Однако и без всего этого драконица могла понять своих родичей, предпочитавших морю именно такие места. Речных драконов называли ещё лунными, потому что они научились бесшумно скользить по водной глади подобно лучам ночного светила. Чего нельзя было сказать о морских родственниках, всегда выдававших своё присутствие плеском и сильными волнами. Речных манили покой, очарование пресной воды, лишённой той глубины и неизвестности. Юная самка сама провела тут полтора дня, любуясь радужными отблесками, переливами, причудливыми перекатами. И этого времени по ощущениями было недостаточно, чтобы насладиться видом в полной мере. Место это находилось много южней Скрытой Долины, откуда Роулсанэ незаметно ускользнула неделей ранее. Ей просто внезапно захотелось уйти и продолжить своё странствие. Оно ведь только началось, а сколько всего уже произошло. Нет смысла ждать, когда она подрастёт и окрепнет, если она может столько увидеть прямо сейчас. И всё так или иначе закончится хорошо. История же с рукотворным гибридом окончилась благополучно, так? Она не пострадала, познакомилась с новыми драконами, в том числе и с королём, помогла в чём-то целому семейству. Своими глазами цвета красного коралла видела удивительное возвращение ледяной родственницы. Об этом с гордостью можно рассказывать встречным путникам. Какой необычной истории она стала свидетелем. А ещё она подружилась с драконышами смешанной крови, что само по себе редкость, да ещё и рождёнными после войны. В её родной колонии таких малышей ещё нет — только подростки, которые, как и она сама, вылупились до войны. Собственные воспоминания о том времени оставались нечёткими, но словно лишёнными сил. Взрослые родичи уплывали топить человечьи корабли, совершать нападения не только на прибрежные города, но и те, что находились вверх по рекам. Драконов не интересовало: причастны ли те люди к тем убийствам детёнышей, к тому извращённому чародейству. Их гнев был обращён против всех людей как таковых. И такое происходило стихийно на всех землях, где только обитали драконы. В итоге это оказало свою пользу. Добрая часть человеческих городов и поселений были либо разорены, либо благоразумно оставлены. И тогда местные драконы ревностно следили за тем, чтобы те и дальше оставались пустыми.