— Если они были тут недавно, то вряд ли они успели улететь далеко, — устало проговорил Нивервир, — смогу их догнать, наверное. Говоришь, улетели на восток, Узармоурес?
— К лавовой гряде, — подтвердила ярко-красная самка.
Пернатый дракон прикрыл потухшие синие глаза, прикидывая маршрут. Ещё на подлёте сюда он думал, что это будет конечный пункт в его продолжительном лёте. Как же он ошибся. Но, по крайней мере, он не один.
— Мы же отправимся разносить весть среди сородичей, — наставительно произнёс скалистый дракон, его глаза практически полностью сливались с серым окрасом шкуры. — Мы не столь быстры как ты, но хотя бы начнём что-то.
— Благодарю, Коноусир, — кивнул Нивервир, — мне кажется, что это всё куда опасней, чем видится на первый взгляд. Не все поверят, однако важно предупредить.
— Тогда поспеши.
На этом драконы развернулись и пошли в другую сторону, обсуждая кому и куда направится. Юный принц же проводил их взглядом и заметил наблюдавшую Азайлас. Вспомнилось о Трефалкире, оставшимся в южных землях. Нивервир хотел было подойти к ней и что-то сказать, но слова рассыпались, подобно лепесткам отцветших цветов. В итоге он отвернулся, покачал головой, раскрывая крылья, и взлетел вверх, продолжая изнурительный путь. Только теперь на восток.
Ледяная драконица проводила его задумчивым взглядом. По всему выходило, что кто-то расправился с той семьёй королевских драконов. И, если верить Нивервиру, то это дело лап людей. Как такое может быть возможным? Эти нелепые создания и самые совершенные драконы. Но ведь вернувшийся самец был явно чем-то очень встревожен. Виверны, как предположил король? В принципе много рукокрылых ящеров, напавших исподтишка, способны на такое, только вот зачем молодому принцу врать? А зачем вивернам нападать на целое гнездо драконов? К тому же, Нивервир что-то говорил про то, что пострадали и другие. Драконы и виверны. Не совсем похоже на деяния дальних родичей, наделённых ядом и лишённых целой пары конечностей. Да и зачем Нивервиру делать то, в чём его подозревает отец? Самка нахмурила бледно-зелёные глаза, вспоминая тот день, когда принц вместе с Трефалкиром отправились на юг. Ведь тогда они говорили о том, что поручение не ждёт. Значит, их отправил туда именно Вискрир, а не они сами сговорились полететь. Что-то не складывалось. Во всяком случае, Азайлас показалось, что в предположениях короля правды на порядок меньше, чем в словах его сына. Приняв эту сторону, она пошла на поиски остальных драконов, чтобы расспросить, да послушать, о чём они будут сейчас говорить. Многие были озадачены, и совсем мало было встревожено такими известиями. Однако кто-то уже успел покинуть Скрытую Долину. Ледяная драконица нигде не увидела тех особей, что беседовали с Нивервиром, и ещё четверых, что были здесь до его прилёта. Во всём ворохе сплетен Азайлас удалось выцепить одну единственную, что была ей нужна. Говорили о том, что больше месяца, вроде как, никто ничего не слышал от той семьи королевских драконов. Этот факт добавлял правоты тому, о чём рассказал молодой принц. Но если только допустить, несмотря на всю нелепость, что люди стали вредить драконам, убивать их, то с этим надо что-то делать. Люди — существа, зачастую немеющие отступать. Строят убежища, именуемыми городами, чтобы противостоять природе. Используют хитрые механизмы для ловли животных, поскольку их собственные лапы и зубы слабы и никчёмны. Неуклюжие создания, которые выживают за счёт ума. Неспособные своими силами выстоять против мира, они обращают его себе на пользу. Самка недовольно фыркнула, выдыхая облачко морозного воздуха. Такие не останавливаются, а если люди нашли какой-то способ выжить драконов с их земель или что-то в этом роде? Каким-то невообразимым образом использовать их для своих целей? Точно так же, как делают это с домашним скотом. Чувствуя смутную злобу, Азайлас отошла от родичей и направилась к тропе, скользящей сквозь море качающейся травы и полевых цветов. Всё это ей не нравилось, и проще было бы не верить в то, что такое вообще возможно. Но она верила в реальность опасности. Растения под массивными синими кистями лап незримо расступались, не давая себя примять. Ветер тихонько скользил вокруг, создавая иллюзию безопасности и укромности. Драконица тряхнула головой, чтобы избавиться от этого ощущения. Люди здесь уже были, маги ведь были допущены в это священное место. Конечно, тогда они никому не навредили. Но что если тогда они просто готовились к тому, что начали? А если они посмеют вернуться, то вряд ли король что-то с этим сделает. Вискрир внушал страх и уважение, он, как и положено сильнейшему, доминировал над всеми родичами. Однако сегодня что-то промелькнуло в нём. Куда более ужасающее, чем всё прочее. Самка остановилась и оглянулась на развалины старого города, возведённого ещё до эпохи драконов. Помялась с лапы на лапу и опустила шею, будто бы боясь, что даже на таком расстоянии кто-то сможет услышать её мысли. Безумие. Вот что показалось сегодня в режущем потоки ветра. Принять это было гораздо сложнее, и она колебалась в своих чувствах на этот счёт. Находилась тысяча объяснений такому поведению, даже такие, которые не противоречили факту угрозы со стороны людей. Ледяная драконица решила остановиться пока на них. Думать дальше было откровенно страшно. Но она по крайней мере знала, что должна сделать. И Азайлас пошла к незримой границе этого мира, чтобы самой попасть на внешние территории и самой сообщать о возможной угрозе всем, кого повстречает на пути.