Прежде чем Сардолас ответил что-то, вперёд вышел сам виновник, коему привиделся вулкан в роще шепчущих деревьев. Бэйлфар честно сказал, не считая чем-то необходимым скрывать цель визита. Зотарес либо скажет, либо нет. Третьего не дано.
— Мы были в волшебной роще и мне привиделось извержение вулкана. А король Нивервир сказал, что вы знаете обо всех, что принадлежат нам.
Огненный драконыш робко улыбнулся, глядя вверх. Возможно, эти слова сыграли на тщеславии взрослой представительницы смешанной крови.
Во всяком случае, теперь она выглядела более склонной к беседе. Чуть пересела, переставила лапы, будто подбоченившись и раскидав осыпавшиеся иголки.
— Вот как. Это правда, я знаю их всех, — несколько гордо произнесла Зотарес, — так ты хочешь знать, какой именно тебе привиделся?
— И не было ли недавно извержений, — скромно добавил Бэйлфар.
Пока драконица хмурилась, потирая подбородок костяшками пальцев передней лапы. Сардолас боднул младшего брата в бок, подбадривая, призывая не боятся. Роулсанэ с Фангрэнэ перебрались поближе, так как, по всей видимости, у взрослой самки действительно поднялось настроение. Да и смотрелась она сейчас не столь страшно и грозно, как пару минут назад.
— Нет, последние полгода обходилось без извержений, земля спокойная, — сообщила драконица пришедшим, — попробуй описать — я знаю их всех вплоть до имён.
Стараясь вспомнить все подробности своего необычного сна, красный малыш принялся осторожно сообщать увиденное. О камне он и не упомянул, потому что сосредоточился на местности и на самом вулкане. Взрослая самка слушала, рисуя когтями узоры на земле. В конце рассказала она решительно замотала головой.
— Нет, нет. Эта огненная гора точно не на владениях драконов. Не похоже ни на одну. На наших землях общим числом тридцать четыре вулкана. Двадцать восемь находятся в моих прямых владениях.
— Великая гряда Итенардл? — уточнил Фангрэнэ.
— Что ж, любовь к знаниям вашего отца нельзя отрицать, — довольно и одновременно мрачно хмыкнула драконица, — скажешь мне имя самого высокого вулкана?
— Амадрес, неудержимая вспышка, — чётко ответил кислотный драконыш.
Зотарес довольно пересела на задние лапы. Но от этого её морда поднялась намного выше и смотрела она на малышей совсем уж сверху вниз. Она сама напоминала своим массивным видом, тёмно-багровым окрасом с серебряными всполохами, диковинную гору. Драконятам пришлось задрать головы почти вертикально вверх, чтобы следить за выражением морды самки, смотреть ей в глаза, на которые неровными пятнами ложилась тень от сосны.
— Главная цитадель моего клана и всех лавовых драконов, — важно, с достоинством произнесла она, — и главный оплот наших восточных границ.
— От страны людей, с которыми мы воевали? — спросила Роулсанэ.
— Вообще ото всех, — Зотарес мотнула головой, потрясла шеей, — цепочка вулканов тянется вдоль границ на многие мили. Никто особо не решается пройти сквозь них, а если кто и пытается их преодолеть, то это не остаётся без нашего внимания.
— Папа говорил, что лавовые драконы сейчас самый многочисленный вид, — заметил Фангрэнэ без всякого умысла угодить взрослой самке.
— Да, нас около около двух сотен, — подтвердила драконица, задумавшись на пару секунд. — Потом идут морские, их примерно сто пятьдесят. Единственные кого не слишком зацепила война, потому что они предпочли пережидать тот период под водой.
Слова прозвучали с оттенком некого презрения, но Роулсанэ не обиделась на это. Что толку обижаться на решение принятое старшим морским драконом? Хотя некоторые особи отправились на зов короля, а сами морские колонии иногда топили людские корабли, перевозящие ресурсы для той же войны. Прямой удар иногда не лучше хитрой тактики ожидания. Глупо сейчас спорить по этому поводу с громадной самкой, которая была в центре военных действий и смогла сохранить многим родичам жизнь.
— И всех лавовых драконов хватает для наблюдением за такой горной грядой? — недоверчиво спросил Сардолас.
Он мог представить себе на сколь невообразимо длинное расстояние тянется восточная граница, охраняемая Зотарес. И количество лавовых драконов не вязалось с этой длинной. Учитывая, что он знал, что лавовые живут не отдельными семьями, а стаями обычно возле вулканов. Одна стая — одна гора.
Сбиваются в группы только морские и лавовые. Уникальная манера выживания в не самых спокойных местах обитания. Вулканическое плато, вдобавок, служило лавовым очень удобным домом из-за температур и открытых потоков магмы для купания. Драконица, живая там и знавшая куда больше, лишь насмешливо фыркнула и удостоила драконыша ответом.