– Аксель, ты очнулся! – над ним склонилась невероятно прекрасная девушка с длинными русыми волосами, её пухлые губы были сухими, а огромные серо-голубые глаза влажными.
– У… а… а… – промычал Аксель, он знал её. Он узнал её. Он встретил её прикосновение сотни лет назад и… Он понял, что знает её имя. Это имя было перед его глазами. Его язык уже собирал это имя, скручивал, как скручивают стога, обвязывал звуки как снопы, согреваемые солнцем.
– Ва… а… на…
– Да, Аксель, это я…
– Васи… ли… на…
Василина плакала, её слеза упала на щеку Акселя, и он снова закрыл глаза. Но на этот раз черноты больше не было.
Когда он открыл глаза в следующий раз, Василины уже не было. Но над ним склонился старик лекарь.
– всё хорошо, Аксель, всё хорошо.
– Т… Ты? – слабо выдохнул он.
– Да, мальчик мой… Ты что-нибудь помнишь?
– Да… пом… ню…
– Помнишь дракона?
– Не… не з… не зна… ю…
– Дракона, который сжёг орленцев, как осенние листья, и улетел к себе на гору… да уж… Чудеса! А я не верил в его существование… старый дурень!
– Пом… ню… – Акселю было сложно и больно говорить, – порт… ор… лен…
– Не переживай, Аксель, генерал Эрас получил твоё письмо и прибыл вовремя. Он разгромил орленцев в портовом городе, а потом мы отправились сюда. Благодаря тому, что граф открыл ворота верхнего города, мы с генералом, монахами и ополчением почти без потерь взяли город и выбили остатки орленцев и верных Марсу солдат. Да, мальчик мой, так что всё хорошо.
– Васи… ли…
– Да, Василину короновали уже. Я отдал им бумаги, которые ты передал мне. Прости, мы не могли дожидаться твоего выздоровления. Разве можно оставлять королевство без королевы.
– Да…
– Без такой чудесной королевы. Василина прекрасная девушка… И будет прекрасным правителем… Скажи мне, Аксель… Как тебе всё это удалось? – парень молчал. Лекарь заглянул Акселю в глаза и понял всё без слов.
Многие из нас, учитель, не верили в драконов. Не верили до тех пор, пока не увидели одного из них собственными глазами. Драконы существуют – они пятая стихия, они высшая справедливость и окончательная истина бытия. И они живут в каждом из нас. Наш внутренний дракон – то внутри нас, чего мы боимся больше всего на свете. Так боимся, что темнеет в глазах и наворачиваются слезы. Именно он толкает нас вперёд и даёт силы. Именно он дарует нам жизнь и мешает нам жить в посредственности и пустоте… Он – наш азарт и наша непримиримость. Признать, что внутри нас живут драконы – тяжело. Принять своих драконов – почти немыслимо. Но если мы хотим подчинить себе нечеловеческую силу внутреннего дракона, мы должны полюбить его. Мой страх провёл меня путём, который создал для меня Тот Кто Вообразил Всё. На этом пути я встретил всех своих драконов… Теперь я вижу свой следующий шаг.
Следующий. Шаг.
Эпилог
Когда Ленард вышел из пещеры, по ту сторону, над морем уже вставало солнце. В небольшой бухте, отгороженной от остальной суши грядой отвесных серых скал, уже толпилось множество людей. Все они по очереди на трёх небольших шлюпках перебирались на корабль, который стройной тенью покачивался на волнах метрах в двухстах от берега. Люди были по-разному одеты, говорили на разных языках, смеялись, плакали. Ленард сразу понял, что именно ему это напоминает. Это было так похоже на главный рынок Фурина: многонациональный, пёстрый, переполненный эмоциями, историями, людьми… он невольно улыбнулся, и вдруг ему показалось, что он увидел её. В груди у него что-то защемило, а сердце его стало биться чаще. Он начал пристально всматриваться туда, где ему почудилось… да… недалеко в толпе, спиной к нему стояла женщина с волосами чёрными, как драконье стекло. Она как будто тоже искала кого-то в толпе. У Ленарда перехватило дыхание. Где-то в груди лопнул старый сосуд с прогорклым маслом сожалений о сделанном и несделанном, который он хранил там долгие годы. всё то, что он старательно там собирал: горечь бесконечных мыслей, невысказанные слова и невыраженная любовь растеклись внутри него горячими струями, обжигая душу. Сердце уже бешено колотилось. Расталкивая людей, он начал пробираться в её сторону.
– Свиний дьявол, – прошептал он сам себе, – я же король… и я уже стар, а веду себя как юноша! И сердце прыгает как детский мячик! – и он как раньше громко расхохотался своим словам. Услышав его смех, женщина с волосами чёрного драконьего стекла быстро обернулась… это была Мадина.
И она улыбнулась. А Ленарду показалось, что она совсем не изменилась, хотя, наверное, это было не так, ведь прошло уже лет двадцать. Он пробирался через пёструю многоязыкую толпу, глядя в её глаза и не видел ничего вокруг. Прошла секунда, а может час до того момента, когда он подошёл к ней вплотную и она прикоснулась своими белыми пальцами к его руке.