– Да, – закричал человек, прячась от Него за дерево, – но я не могу быть Тобой! Я хочу быть Тобой!
– Это невозможно, Ты это Ты. А Я это Я. Не больше, но и не меньше.
– Нет! – закричал Человек и побежал прочь.
С тех пор, человек всё время бежит от правды. С тех пор, он всё время хочет то, чего у него нет, хотя ему это не нужно. С тех пор, он всегда добивается этого в муках, борьбой, кровью и ценой сломанных жизней. Но всякий раз добившись, хочет того, чего у него нет, а не добившись, ощущает жгучую боль, пронзающую душу. С тех самых пор, человек всегда и бесконечно несчастен, потому что он не наслаждается солнцем и ветром, не радуется общению с такими, как он или теми, кто отличается от него, он не творит, подобно Тому Кто Вообразил Всё… он только бесконечно хочет… хочет… хочет…
Марк поднял глаза от книги… потом встал и подошёл к окну, ведущему во двор. Аббат открыл ставни и высунулся наружу. Там ряды монахов в чёрных балахонах с длинными палками в руках отрабатывали смертоносные удары на вкопанных брёвнах.
– Братья, попросите Румоса заглянуть ко мне, – прокричал Марк.
– Хорошо аббат, – один из монахов быстро положил палку и побежал к отдалённому строению во дворе.
– Благодарю, брат, – Марк вернулся к столу и быстро пролистал страницы книги, найдя то, что ему было нужно: «Строительство каменного моста». Он вздохнул и принялся читать.
Через несколько минут вошёл Румос. Аббат оторвался от книги:
– Брат, возьми пятерых монахов… вам понадобятся топоры… – он был очень задумчив.
– Конечно, аббат, топоры! – прогудел Румос.
– Нет, брат… я имею в виду столярные топоры… – Румос поднял брови, – каменный мост почти цел, – продолжил Марк, – но нужно будет сделать небольшой деревянный настил…
– Мальчишка сказал? – недоверчиво спросил монах.
– Да, брат. Я верю ему, он говорит правду…– Марк помолчал, набрал в лёгкие воздух, чтобы сказать что-то, но вдруг остановился.
– Да, аббат. Я слушаю, – проговорил Румос, но Марк молчал. Монах стоял и ждал.
– Просто будь осторожен, – сказал наконец аббат, поднимая на него глаза, – избегай прохожих дорог… и гляди в оба: мне нужна вся информация. Вообще вся, но будь бдителен. Её ищем не только мы.
– Я это знаю, Марк.
– И… на всякий случай. Не говори никому про Акселя. Хорошо?
– Будет сделано, аббат. – Румос немного помялся, – не переживай так, Марк! Я справлюсь, – он задорно усмехнулся.
– Да уж, – улыбнулся в ответ аббат, – справишься!
Монах вышел. Марк вздохнул и снова принялся за чтение.
Глава 17
Неопрятный человек со шрамом через всё лицо нервно грыз ногти и внимательнейшим образом следил за каждым движением лорда Пактоши. Сейчас он думал лишь о том, чтобы не упустить того момента, когда лорд захочет в него что-нибудь швырнуть, и успеть увернуться.
– Ин-фор-ма-ци-я! – вопил красный как мантия короля Пактоши, – мне нужна информация, недоносок поросячий!
Глаза лорда налились кровью от напряжения, губы дрожали. Вот он потянулся за чем-то к столу, чтобы кинуть… человек со шрамом приготовился.
– Где сейчас чёртов граф? – прокричал лорд, запуская в слугу какой-то книжицей, – чего он разыскивает по всему острову? – на этот раз полетела чашка, – информа-а-ация, свиний сын! А ты мне что? Попрошаек водишь? Проходимцев всяких?
Проходимец, о котором говорил лорд, был плотно прижат к полу коленом бравого охранника. Потому он с больши́м трудом дышал, а говорить не мог совсем. Но если бы мог… он бы столько рассказал! Сучок готовился к этой встрече с Пактоши долгое время. Он потратил немало сил, пока искал способы выйти на лорда лично, дабы не делиться с разными прихлебателями, посредниками и прочим сбродом. Это его – Сучка – заслуга, и весь куш будет принадлежать ему. А выручить он хотел хорошо, правда, сейчас у него появились сомнения в том, что ему всё-таки заплатят… отдуваясь и пуская кровавую слюну в не очень чистый пол спальни лорда, он даже начал немного переживать за своё здоровье. А в тот момент, когда толстый Пактоши в одной ночной рубашке бросился отдирать от стены прикреплённую там саблю, Сучок уже очень сильно беспокоился за свою жизнь и вполне готов был обменять дневник Дореса только лишь на неё.
– Но ваша светлость, – запротестовал слуга со шрамом. В этот момент он тоже не на шутку испугался, – он же не проходимец! Он разбойник!
– Разбойник? – ещё громче завопил Пактоши, судорожно дёргая саблю, которая, как назло, за что-то зацепилась.
– Да! Он ограбил повозку! Там были вещи Дореса! – слуга уже искал глазами, куда можно бежать. Но пути отступления перекрыл ехидно скалящийся охранник.