- Я придумаю другой способ. Как-нибудь выкручусь без замужества. Спасибо тебе еще раз за дружеское участие!
- Ари, звезда моя, - тихо произносит Харальд, и от его низкого, вибрирующего голоса у меня кружится голова. - От дружеского участия в моем предложении нет ровном счетом ничего. Я буду ждать нашей следующей встречи в надежде, что ты передумаешь.
На этих словах он встает с кровати и шагает за дверь, а мое проклятое, непослушное сердце устремляется туда же вслед за ним.
- Трижды, - шепчу едва слышно и прикладываю к щеке ладошку, к которой прикасались его пальцы. - Ты спас меня трижды. В третий раз ты не дал мне умереть от ран там, на холме перед деревней. Я не забуду, Харальд.
Глава 26
Когда я в детстве болела, время всегда замедлялось. Оно сочилось тонкой струйкой, неторопливым ручейком, которому некуда спешить. Капля за каплей собиралось в минуты, минуты стекались в часы.
Лежать подолгу в кровати или быть запертой в четырех стенах всегда казалось мне, любопытной непоседе, настоящей пыткой.
К счастью, здесь, в академии, болеть совершенно не скучно, потому что большую часть суток я провожу в дреме. Просыпаюсь на несколько минуток для удовлетворения первичных потребностей, а потом снова проваливаюсь в сон.
Во время своих пробуждений замечаю на стенах комнаты венки пахучих трав, на прикроватной тумбочке - букеты полевых цветов и любимые ранее лакомства. Кто приносит мне милые пустячки остается только догадываться.
Однокурсники?
Преподаватели?
Про Харальда думать себе запрещаю.
Редкие минуты моего бодрствования обычно проходят в одиночестве. Только Мелине иногда удается застать меня не спящей, и тогда она успевает меня накормить, осмотреть и напоить лечебным отваром.
По словам целительницы, в мою кровь попала неизвестная зараза, вот поэтому я и чувствую себя хуже некуда.
Рана раздулась, кровит и гноится — словом, выглядит так, будто мое запястье похитили маньяки коновалы и неделями терзали ржавыми инструментами.
По идее, я уже давно должна идти на поправку, однако в действительности мое состояние лишь ухудшается.
Получается замкнутый круг.
Я тяну с возвращением к дяде, потому что рядом с ним мне нужно быть сильной. Но и восстановиться я не могу, пока не окажусь от него поблизости.
Однажды Мелина особенно долго осматривает мою рану под разными ракурсами. Хмурится. Вздыхает. А потом заявляет: если я срочно не попаду к Мариусу, у меня начнется гангрена. Ее пугающие слова заставляют меня согласиться на срочное возвращение.
Во время следующего пробуждения целительница берет меня за здоровую руку и до отказа наполняет энергией. Сил теперь хватает, чтобы подняться и, придерживаясь за стеночку, направиться в кабинет ректора, где Леандр обещал подготовить для меня портал.
Пока я ковыляю по длинным коридорам, изо всех сил стараюсь на разрыдаться. На глаза то и дело набегают слезы, которые я незаметно промокаю забинтованным запястьем.
Мысль о том, что я снова окажусь во власти дяди, будучи максимально уязвимой, вгоняет в депрессию. Но и выхода другого нет.
Сдерживаюсь, чтобы своими слезами не расстраивать учителей. Думаю, вот окажусь по другую сторону портала, забьюсь там в какой-нибудь уголочек и проплачусь вволю!
В реальности получается все по-другому.
В кабинете ректора меня встречает целая делегация, но первого, кого выхватывает глаз, - это Клей, целый, невредимый, одетый в какие-то невообразимые воинские доспехи и вооруженный с головы до ног. Суровый и будто повзрослевший после ранения.
Я не видела друга с тех пор, как передала его в руки целителей, поэтому сейчас с писком кидаюсь к нему. Обхватываю мускулистое туловище и изо всех своих хилых сил стискиваю:
- Как я рада, что ты жив, Серыш! Ты не представляешь!
- А уж я как рад! Теперь твоя очередь возвращаться к жизни, Микоф! - усмехается парень, аккуратно прижимая к себе, и незаметно вкладывая в мою ладошку что-то маленькое и твердое. Шепотом поясняет:
- Сувенир тебе от меня. На всякий случай.
Киваю, сую в карман нечто вроде камешка, а у самой опять глаза на мокром месте. Даже не думала, что так сильно Клею обрадуюсь! Хочется поговорить, расспросить о самочувствии… да и просто посмеяться ни о чем, но ректор Леандр уже начинает открывать для меня портал, так что возможность пообщаться сходит на нет.
Опираясь на локоть Клея, ковыляю к овалу, за которым виднеется знакомый каменный трактир, как вдруг ректор Леандр ловко меня обходит и первым ныряет в овальную дыру.