Каждое ее прикосновение — мне ножом по сердцу.
А ему?
Ему нравится?
Стоим на разных концах огромной кухни.
Молча воюем то ли сами с собой, то ли друг с другом.
Умом понимаю, что он специально с этой девчонкой сейчас уединился.
Меня выводит на ревность.
А я ведусь, как глупая школьница.
Устав от этой бьющей по нервам пытки, решительным шагом направляюсь к нему навстречу. Стойко выдерживаю как его отрешенный взгляд, так и неприязнь Таиры, вспыхнувшую при виде меня.
- Мы можем поговорить?
- Как тебе угодно, - он сухо кивает на выход из кухни.
В молчании поднимаемся в комнату, по обстановке напоминающую кабинет. Секретер из темного дерева, стеллаж с книгами, кушетка, два кресла.
Я не сажусь, когда Харальд предлагает мне присесть.
После увиденного нам предстоит максимально короткий разговор.
- Я ухожу в академию.
- Останься, - не просит, требует.
Увидев, как мотаю головой, цедит с досадой:
- Вижу, ты все решила без меня.
- Да. Я могу вернуться пешком. Но если позволишь воспользоваться порталом, то буду тебе благодарна.
- Мне не благодарность от тебя нужна, - зло срывается с его губ.
Пожимаю плечами и молчу, хотя так и подмывает закричать о том, что он, диктатор чертов, мог бы на меня давить чуть поменьше, мог бы пойти на компромисс, мог бы войти в положение... Проглатываю все крики, что рвутся из горла, и отвожу взгляд.
Наконец, он произносит:
- Когда соберешься, приходи в спальню. Я открою портал.
- Спасибо.
Мой ответ будто теряется в пустоте, падает в бездну, что развернулась между нами. Я, развернувшись, шагаю прочь, ругая себя почем свет стоит.
Дура! Вот же дура!
Зачем к нему потянулась! Зачем позволила себе привязаться!
Теперь терпи последствия, собирая себя по кусочкам!
Как в тумане складываю вещи. Смена белья, гребень, заколки, пара лент, платье и накидка из тончайшей шерсти. Все с легкостью влезает в вещмешок.
Новое розовое платье я снимаю и аккуратно убираю в шкаф, под завязку набитый новыми нарядами. Здесь и кружево, и шелк, и муслин, и бархат… Пальцами провожу по ткани, будто прощаясь.
Не будто, поправляю себя.
Прощаюсь!
Взамен нового натягиваю на себя платье охотницы, полученное еще в академии. Жесткий, простой материал привычно ложится на кожу и будто возвращает из сказки в реальность.
Затем встаю перед зеркалом и разглядываю свое отражение. Черты лица стали острее, глаза больше и выразительнее, а старое платье болтается на мне, как сарафан на палке. И все же в этой одежде я больше похожа на саму себя.
Подцепляю пальцами холстяной мешок и плетусь к Харальду. Дверь полуоткрыта, стучаться не приходится. Захожу в спальню, и внутри все сжимается от накативших воспоминаний. На этой кровати мы с ним сегодня провели всю ночь… Как теперь это забыть, если каждый миг нашей близости намертво въелся под кожу?!
Вейзер стоит ко мне спиной, гордый и прямой, как натянутая тетива. Силуэт по-мужскому красивый — богатырские плечи, широкая спина, узкие бедра. Хотя, уверена, он услышал мои шаги, но при этом продолжает стоять, не шелохнувшись. Открывать портал не торопится. То ли надеется, что я передумаю, то ли ждет, когда буду готова.
В замешательстве сглатываю и тереблю собственные пальцы. Черт, как неловко!
Никогда не умела нормально прощаться.
- Спасибо за все, Харальд, - лепечу. - Я готова идти.
- Раз готова, иди.
Глава 55
Мужчина наконец поворачивается. Скулы напряжены, на лице ни кровинки. Не удосужив меня взглядом, он произносит заклинание. Дожидается открытия портала и тут же отводит глаза, будто не желая смотреть на мой уход. Больше не произносит ни слова.
Горечь ядовитой желчью разливается под ребрами.
И это все прощание?
На глаза наворачиваются слезы, всхлип тоже удержать не получается.
Бросаю прощальный взгляд на оборотня, заставляю себя шагнуть сквозь овал в кабинет ректора, и дыра за моей спиной сразу затягивается. Будто ставит жирную точку там, где должна стоять запятая.
Машинально отмечаю, как преобразился кабинет. Наполнился уютным светом настенных ламп, вместо портретов, принадлежащих Стархаду, появились морские пейзажи. Зацепившись взглядом за один из них, вспоминаю про хозяина кабинета, только когда раздается негромкое покашливание.
Поспешно к нему поворачиваюсь и немного скомканно здороваюсь.