Воины заверили, что передадут все в точности. Орм добавил:
– И было бы неплохо, если бы, вернувшись в Кордову, вы передали привет от нас богатому иудею, поэту и мастеру серебряных дел по имени Соломон. Поблагодарите его за щедрое гостеприимство и оказанную услугу, ибо вряд ли нам суждено встретиться вновь.
– И передайте госпоже Субайде, – вмешался Токи, – что два северных человека, которых она знает, шлют ей привет и благодарность. Скажите, что подаренные ею мечи хорошо послужили и их лезвия еще не затупились, несмотря на проделанную работу. Но не передавайте это послание в присутствии Альманзора.
Затем их высадили на острове, обеспечив запасами пищи до тех пор, пока их не подберет какой-нибудь корабль.
Когда рабы на веслах увидели, что корабль выходит в открытое море, они начали громко кричать и выражать недовольство, выказывая желание остаться на острове. Людям Орма пришлось использовать прутья и обрывки веревок, чтобы утихомирить их и заставить грести, ибо ветер стих, и викинги опасались, что у них мало времени, чтобы покинуть опасные воды.
– Хорошо, что мы их приковали, – заметил Гунни, – иначе пришлось бы пустить в ход мечи и выбрасывать их за борт. Жаль, что у нас нет настоящего бича, ибо прутья и обрывки веревок – не лучший инструмент для таких упрямых мулов.
– Как ни странно, ты прав, – согласился Токи. – Когда мы сами сидели за веслами на галерах, мне и в голову не приходило, что нам будет не хватать бича надсмотрщика.
– Да, как говорится, сытый голодного не разумеет, – ответил Гунни. – Но, боюсь, нам придется исполосовать эти спины, если мы хотим выбраться отсюда.
Токи согласился, и они снова принялись ходить вдоль скамей и хлестать рабов, требуя, чтобы те гребли быстрее. Однако продвигались они по-прежнему медленно, и Орм произнес:
– Прутьями и обрывками веревок не научишь грести тех, кто не привык к веслам. Посмотрим, сможет ли колокол нам помочь.
С этими словами он схватил топор и со всей силы ударил плашмя по колоколу, пока гребцы опускали весла. Колокол отозвался гулом, побуждая рабов удвоить усилия. Лодка ускорялась, и Орм распорядился сменять бьющих в колокол. Они обнаружили, что деревянная колотушка, обтянутая кожей, издает более приятный звук, что вызывало у них смех.
Вскоре поднялся ветер, освободив гребцов от работы. Ветер крепчал, становясь все более порывистым, пока не перерос в шторм, что вызвало тревогу. Ульв Волчий Оскал заметил, что не стоит ждать добра, когда выходишь в море, забыв о подношениях воде. Но другие возразили, помня, что прошлое жертвоприношение не помогло им избежать галер Альманзора. Гунни предложил принести жертву Аллаху, что нашло поддержку. Но Токи заявил, что Аллах вряд ли разбирается в морских делах.
Тогда Орм произнес:
– Я не уверен, что человек может быть сильнее бога, и глупо пренебрегать одним божеством ради другого. Но есть бог, который точно нам помогает, – Иаков. Именно благодаря его колоколу мы еще не перевернулись, и он помогает нам грести. Давайте не забывать о нем.
Все согласились с его словами и принесли жертвы морскому великану Эгиру, Аллаху и Иакову, что подняло их боевой дух.
В тот момент они еще не осознавали своего местоположения, лишь понимали, что значительно удалились от берегов Астурии. Знали, что, двигаясь на север, куда их несло бурей, и продолжая отклоняться от западного направления, окажутся где-то у берегов Ирландии или Англии, возможно, даже Бретани. Собравшись с силами, они приняли решение плыть против разбушевавшейся стихии. Несколько раз им удалось заметить знакомые созвездия, что вселило в них уверенность в правильности выбранного пути.
Главной проблемой оставались невольники, которые, хоть и не гребли, были напуганы, промокли до нитки и сильно замерзли; к тому же многих мучила морская болезнь. Лица рабов приобрели зеленоватый оттенок, зубы стучали от холода, некоторые умерли. Теплой одежды на судне почти не было, а температура воздуха с каждым днем падала, поскольку приближалась осень. Орм и его команда сочувствовали рабам и старались помочь им чем могли: тех, кто еще мог есть, кормили лучше, понимая, что, если их удастся доставить живыми, за них можно будет получить хорошую цену.
Наконец буря утихла, и целый день они наслаждались прекрасной погодой и попутным ветром, следуя курсом на северо-запад. Рабы, обогретые солнцем, тоже пришли в себя и повеселели. Но к вечеру ветер стих, а затем опустился густой туман. От сырости всех бил озноб, особенно рабов. Безветрие сковало корабль, он тяжело покачивался на волнах.