Халид сказал, что Соломон знаменит своими богатствами и что сам калиф высоко его ценит, несмотря на то, что он неверный. Орм понадеялся на это, но ничего не сказал землякам. Халид взялся передать всё Соломону, вкупе с приветствиями от Орма, как только его отпустят.
Дни проходили, но никаких приказаний об освобождении Халида не было. Из-за отсрочки он сделался более буйным, чем обычно, и ругал безразличие своих домочадцев. Он принялся сочинять длинные стихи о пагубном влиянии вина, надеясь, что ему удастся записать их, когда они будут в порту, и отослать калифу. Но когда ему пришлось воспевать воду и лимонный сок, провозглашая их преимущества над вином, стихи прекратились. Тем не менее он продолжал осыпать проклятиями команду корабля по любому поводу, и до сих пор его ещё не коснулся бич надсмотрщика. Из всего этого Орм заключил, что он ненадолго задержится среди них.
Однажды утром, когда они стояли в одной из восточных гаваней, вернувшись вместе со многими другими кораблями из длительной погони за африканскими пиратами, четыре человека взошли на борт их судна. Когда Халид увидел их, он побледнел от радости и не мог ответить на расспросы Орма, что это за люди. Один из них был придворным, в большом тюрбане и длинном плаще. Он подал капитану корабля письмо, которым тот почтительно коснулся своего лба и с благоговением прочитал. Другие люди были домочадцами Халида, ибо, как только последний был освобождён от цепи, они бросились в объятья друг к другу, плача, обмениваясь поцелуями и восклицая как безумные. Двое других были слугами, которые несли одежду и корзины с пищей. Они облачили Халида в прекрасную мантию и предложили ему еды. Орм крикнул ему, чтобы тот не забыл своего обещания, но Халид уже упрекал своих домочадцев за то, что они не привезли с собой цирюльника, и ничего не услышал. Затем Халид спустился со своей свитой на берег, капитан корабля подобострастно пожелал ему доброго пути, на что он снисходительно кивнул и удалился рука об руку со своими домочадцами.
Орм сожалел, что Халид покинул корабль, поскольку он был занимательным собеседником, кроме того, Орм боялся, что, будучи вновь на свободе, он едва ли вспомнит и выполнит своё обещание. Человек, сменивший Халида, был владельцем торговой лавки и обвинялся в том, что искусно обвешивал своих покупателей. Он быстро уставал, и от него было мало толку в гребле, поэтому его часто бичевали, после чего он долго стонал и бормотал молитвы. Орм получал мало удовольствия от бесед с ним, и эта часть времени, проведённая на галерах, казалась ему наиболее скучной. Он возлагал надежды на Халида и Соломона, но чем больше проходило времени, тем реже он вспоминал об этом.
Но наконец в Кадисе наступил счастливый день. На борт взошёл человек с отрядом воинов, по его приказу со всех норманнов были сняты цепи, выдана одежда и башмаки, и их перевезли на другой корабль, который отправлялся вверх по реке, в Кордову. Они должны были идти на вёслах против течения, но их не заковывали в цепи, но стегали бичом и часто сменяли, когда они выбивались из сил. Более того, им, впервые за долгое время, позволили сидеть вместе и беспрепятственно разговаривать друг с другом. Они были рабами на галерах два года и большую часть третьего. Токи, который всё время пел и хохотал, сказал, что не знает, что станет с ними теперь, но он точно знает одно, что это подходящее время для того, чтобы наконец утолить жажду. Орм ответил, что было бы лучше, если бы он подождал чьего-либо позволения, ибо, если ему не изменяет память, Токи однажды уже утолял свою жажду. Токи согласился, что лучше будет подождать, но добавил, что ожидание даётся ему нелегко. Всех тревожило, что же должно с ними произойти, и тогда Орм пересказал свой разговор с Халидом о Соломоне. Тогда все громко воздали хвалу иудею, а заодно и Орму и, несмотря на то, что он был самым младшим среди них, признали его отныне своим предводителем.
Они подошли к городу калифа, который раскинулся на двух берегах реки со множеством лепящихся друг к другу домов, белыми дворцами, пальмовыми площадями и высокими башнями. Они удивились его величине и великолепию, которые превосходили всё, что они себе представляли. А изобилие роскоши показалось им достаточным, дабы снабдить богатой добычей всех викингов датского королевства.
Их провели через город, где они с удивлением разглядывали толпы людей. Они сожалели только, что среди них попадалось слишком мало женщин и все они были закутаны в плащи, а их лица были спрятаны под покрывалами.