Они совершали набеги повсюду, в бороде Альманзора уже появилась седина, но он всё с большей неистовостью продолжал изводить христиан, проводя всё меньше и меньше времени дома, в своём спокойном дворце в Кордове. Они были с ним, когда он двинулся далеко на север до Памплоны, в королевство Наварры, где они дважды тщетно пытались взять приступом город. На третий раз они захватили его и предали огню и мечу. Здесь Туми, который делил весло с Токи на галерах, был убит камнем из катапульты. Они поплыли на собственном корабле Альманзора на Майорку, где правитель острова выказал строптивость, за что около отсечённых голов его самого и его тридцати родичей была выставлена стража. Они выстояли в пыльный и знойный день в жестокой схватке, когда их теснили люди кастильского князя, но всё же враг был окружён и истреблён. Там, на следующий вечер после битвы, был выстроен холм из христианских трупов, с вершины которого один из священников Альманзора призвал слуг пророка к молитве. Затем они двинулись в долгий поход на королевство Лэон и настолько опустошили короля Санчо Толстого, что его собственные люди отреклись от него, ибо он был настолько толст, что не мог более сидеть на коне, и, свергнув его с престола, они пришли и выплатили дань Альманзору
Всё это время Орм и его люди не прекращали удивляться могуществу и власти Альманзора и той великой удаче, которая сопутствовала ему во всех походах, но больше всего их удивлял страх Альманзора перед Аллахом и те способы, к которым он прибегал, дабы ублажить своего бога. Все комья грязи, которые налипли на его сапогах и одежде, пока он находился в пути, каждый вечер тщательно соскребались его слугами и ссыпались в шёлковый мешок. Затем по окончании каждого похода мешок, наполненный грязью, отвозился в Кордову. Он предписал, чтобы вся грязь, собранная во время его войн с христианами, была зарыта с ним, когда он умрёт. Ибо пророк сказал: «Благословен тот, кто прошёл пыльными путями, сражаясь с неверными».
Но вопреки всему страх Альманзора перед Аллахом не пошёл на убыль, и в конце концов он решил предпринять самый мощный набег из всех тех, которые он уже совершил. Он замыслил разрушить священный город христиан в Астурии, где похоронен апостол Иаков, который был великим чудотворцем. Осенью, на двенадцатом году правления калифа Хишама, то есть на четвёртом году службы Орма и его людей у Альманзора, он собрал огромное войско, которого никогда не было в Испании, и двинулся на север, перейдя через Пустынную Страну, старую границу, разделявшую Андалузию и христианскую Астурию.
Они достигли христианских поселений на дальней стороне Пустынной Страны, куда ещё не ступала нога андалузцев, и каждый день здесь случались ожесточённые стычки, ибо христиане устраивали засады в горах и ущельях. Однажды вечером, когда войско разбило лагерь и Альманзор отдыхал в своём шатре после вечерней молитвы, внезапно напали христиане. Сперва они чуть было не разбили наголову мусульман, поскольку целый отряд ворвался в лагерь, в суматохе всюду раздавался лязг мечей и крики о помощи. Услышав шум, Альманзор выскочил из своего шатра в шлеме и с мечом в руке, но без доспехов. В тот вечер Орм и два его человека, Халли и Рапп Одноглазый, стояли на страже у входа в шатёр. Когда появился Альманзор, несколько вражеских всадников на полном скаку понеслись к шатру. Увидев Альманзора, они узнали его по зелёному покрывалу на шлеме, так как он был единственным в войске, кто носил этот цвет, и с победными криками метнули в него копья. Было темно, Альманзор был уже не молод и не смог уклониться от них, но Орм, находившийся ближе всех к нему, внезапно бросился на него сзади, сбил с ног и принял два копья на свой щит, а одно попало ему в плечо. Четвёртое копьё поцарапало бок Альманзора до крови, когда он уже лежал на земле. Халли и Рапп поспешили вперёд навстречу врагам и, метнув копья, выбили одного из седла. Тут подоспели на помощь остальные, и многие христиане были убиты, а многие обратились в бегство.
Орм вытащил копьё из плеча и помог Альманзору подняться на ноги, раздумывая, как отнесётся его господин к тому, что он был сбит с ног и валялся лицом в пыли. Но Альманзор был очень доволен своей раной. Он был ранен впервые в жизни, и ему показалось хорошим предзнаменованием, что Аллах позволил ему пролить кровь за него, защитив от тяжёлых увечий. Он приказал, чтобы перед ним предстали предводители трёх конных отрядов, и упрекнул их при всём войске в том, что они недостаточно хорошо охраняли лагерь. Они пали ниц перед ним и признали свою нерадивость, после чего Альманзор, как он поступал обыкновенно, когда находился в хорошем расположении духа, выслушал их мольбы и позволил им заплести бороды перед казнью.