Она дышала часто и коротко. Каждый вдох только добавляет мучений. Лицо побелело. Глаза расширились.
-Я покончил с ним, Эми.
-Хорошо... Я ведь ...умираю?
-Нет! Что ты! Мы вернемся в наш мир, и я излечу тебя!
-Я...чувствую..умираю... ногам..холодно...
-Все будет хорошо! Еще немного и мы вернемся! Держись!
Я взял ее руку. Пальцы безвольны и холодны...
-Когда я... умру... не оставляй... меня... здесь...
-Я тебя не оставлю. Держись Эми. Держись!
-Все... горит... - пожаловалась она, когда я приподнял голову и положил себе на колени. Какая же она все-таки терпеливая!
-Все будет хорошо! Вот увидишь! Вернемся в Тейдо и покончим с Каниши и его армией. Мир придет в твою страну. Ты только держись!
Я болтал без остановки, держа ее за руку и видел как тяжело, неимоверно трудно ей поднимать веки. Она слабела с каждой минутой...
Я был готов завыть от отчаяния.
Когда-то давно, на моих глазах умерла Адель, отдав свою жизнь за мою. Но тогда все случилось очень быстро и виновникам ее смерти я жестоко отомстил. Господина Чуна я не могу убить еще раз. Очень досадно!
Эми умирала на моих руках, и я ничего не мог поделать! Ничего!
-Эми! Эми!
Веки медленно поднялись.
-Поцелуй ...меня... Грегори... как... тогда... в том... селении... прости ...меня... и поцелуй... я..ведь... любила... тебя...
Я нагнулся и, давя комок в горле, поцеловал ее в холодные губы. Холодный поцелуй лучше, чем холодный поцелуй стали.
ЭПИЛОГ
Десятилетие правления солнцеликой императрицы Эми в Айтеко праздновали пышно, не жалея денег. Центральные улицы были украшены цветами и яркими шелковыми полотнищами. На каждом доме желтые фонари с именем госпожи. Вечером их зажгли. Горожане накрыли на улицах столы, поднимая пиалы с рисовой водкой и абрикосовым вином за здоровье госпожи Эми.
Владетели и банжи восседали у праздничных столов. Огромный двор императорского дворца по случаю праздника превратился в пиршественную залу под открытым небом.
Полосы ярких шелковых лент, протянутые над головами пирующих украсили серое пасмурное небо.
Эми принимала подарки, сидя на возвышении. По правую руку принц-муж господин Грегу, по левую руку наследный принц - Хиро, серьезный мальчик шести лет, головастый и тихий не по годам.
Принц Грегу вопреки обыкновению одет был по-наирийски, а не в свои гэдзинские тряпки.Скромный синий наряд имперской гвардии украшал только гэдзинский кинжал за кушаком.
Один из столов во дворе отведен для его людей, крупных, белоголовых и бородатых мужчин, одетых в клетчатые плащи. Чужаки, впрочем, давно стали привычны в Айтеко и на них обращали внимания только те, кто приехал издалека.
Люди из-за моря обосновались в Хатоги под рукой принца-дракона и налаживали странные, но прибыльные дела в новой провинции.
В Хатоги на верфях кипела работа-строились новые, огромные корабли. Руками бывших воинов из армии Каниши возводилась каменная крепость.
Город-порт Хатоги по площади и числу жителей уже догнал Тейдо.
За городом, в горной долине, для императрицы-жены принц Грегу приказал возвести изящный замок, в котором, впрочем, можно было бы выдержать осаду.
Владетели из Айтеко, из старых семейств остались в меньшинстве среди растущих в чинах и должностях мечников императрицы.
Жизнь изменилась, что толку ворчать?
Владетель Рийо покосился через плечо. Вдоль стен двора выстроились мечники и мечницы императорской гвардии, при мечах, но без доспехов. Юноши и девушки из лучших семейств стали цепными псами Эми.
К лучшему ли изменилось все?
Слуги разносили кушанья и вина, бесшумно мелькая, как тени.
Подношения и поздравления вначале представили банжи провинций: северянин Акиро, мастер меча со шрамами на лице, с запада - мастер меча Хиро, седой ветеран, с востока -изрядно похудевший господин Таваки с красавицей женой, а с мятежного юга прибыл новый банжи Хитоши, мало кому известный и потому привлекавший любопытные взоры.
Каждый банжи преподнес кроме шкатулок с золотом, что-то свое, то, что есть только в его провинции: Акиро преподнес огромную шкуру пальхарда, легкую и пушистую.
Хиро, бывший учитель императрицы, приподнес ей пару мечей в перламутровых ножнах, а для принца Хиро - кинжал-тейкет в ножнах изумительной работы.
Банжи Таваки преподнес госпоже ларец с ожерельями из жемчуга.
Для каждого банжи Эми находила слова уважения и хвалы.
Настал черед южанина.
Юный Хитоши опустился на колено и преподнес небольшой ларец, украшенный самоцветами.
Императрица опустила веер и положила руку на рукоять кинжала.