Я гадала, стоило ли вернуться в квартиру и попробовать снова, когда Сибил поместила стрелку в поле моего зрения, я видела только край своей дополненной реальности, пока использовала телефон, а не очки. Когда я повернулась в ту сторону, я радостно выдохнула. Мы вышли и увидели главную часть Земли любви — то, что знали когда-то как Восьмимильную дорогу — но слева был переулок, который вел в улицы тише и намного дешевле. Туристы на Земле любви не любили сходить с ярко освещенной главной улицы, и переулок не был людным, а в конце сиял, как сокровище, нужный ресторан.
— Молодец, — сказала я, улыбаясь. — Похоже, из меня все-таки вышла неплохая жрица!
— О чем ты? — осведомился отец, отодвигаясь от толп, проходящих мимо нас. — Это место ужасно. Я думал, мы должны оставаться в убежище?
— Расслабься, — сказала я ему. — Мне тоже тут не нравится, но Земля любви — отличное место для нас. Ни один дракон в мире не захотел бы попасть в эту ловушку для туристов, и смотри! — я указала на переулок. — Там наш ресторан.
Отец повернул голову, чтобы проследить за моей рукой, и побледнел сильнее. В конце переулка, рядом с которым мы появились, между салоном маникюра и магазином с купонами для популярных развлечений Земли любви, был шумный ресторан с большой яркой неоновой вывеской с сомбреро и палочками для еды, надпись гласила: «Знаменитые димсам-начос Лос Германоса Ли. Ешьте до отвала!».
— Да ты шутишь, — сказал отец.
— Где тут шутка? — спросила я, шагая по переулку. — Кухня фьюжн — классика СЗД, и в интернете это место хвалят.
— Мне плевать, что говорят в интернете, — рявкнул Ён, ковыляя за мной. — «Димсам-начос» — не еда. Это оскорбление двух культур.
— Это дешево, и это можно съесть, — возразила я. — Два важных компонента, ведь ты — голодный дракон, а я все еще бедная.
Он был возмущен.
— СЗД тебе не платит?
— Жрица — призвание, а не профессия, — сказала скромно я. — И я этим отрабатываю долг, так что зарплата уходит туда. Город дает мне бесплатную комнату, и я не голодаю.
— Я заметил, — он критически посмотрел на меня. — Ты набрала вес. Твоя мама не будет рада.
— Это не ее дело, — сказала я, толкая дверь ресторана с колокольчиками обеими руками. — Но я жила на веганской диете два месяца. Мне плевать, с чем они что смешали, я поем начос!
Внутри ресторан был таким вульгарным, как я и надеялась, когда отметила его месяцы назад. И тут было людно. Толпа выглядела как местные. Тут не было рюкзаков или пакетов из дорогих магазинов — явные признаки туриста — только торговцы и работники борделя на перерыве.
После двух месяцев в укрытии я нервничала в толпе. Как я и сказала папе, вряд ли мы встретили бы дракона в таком месте. Я больше переживала, что встречу того, кого разозлили мы с Ником.
Земля любви была под скрытым торговым районом для преступников, куда он водил меня, когда мы искали того, кто взломает ладонь доктора Лиля. Кроме его киберхирурга Рены, вряд ли кто-то знал меня по имени, но мы уходили шумно. Ник с тех пор не возвращался. Если бы он был тут с нами, он точно был бы напряжен сильнее обычного. Хотя если бы Ник был с нами, мы не пошли бы сюда. Он не доверял ресторанам, а это место и вовсе отогнало бы его людьми за столами, подозрительно низкими ценами и отсутствием открытого виду заднего хода.
Я не смогла бы привести сюда Ника. Конечно, пару часов назад я сказала бы такое и о своем отце. Он ощущал голод сильнее, чем показывал, потому что даже не зарычал, когда я помахала официантке.
Ресторан внутри был больше, чем выглядел с улицы. Главный зал был большим и людным, но повезло, что работники говорили на кантонском. Мы справились бы и с английским, но когда знал язык, тебя обслуживали лучше. Через пару минут я выбила нам столик у двери кухни, лучшее место для димсам. Каждая тележка с угощениями ехала мимо нас в комнату, и мы всегда могли выбрать самые свежие блюда. Как и обещали в интернете, выглядело все очень хорошо.
Вскоре наш стол покрыли тарелки жареной свинины на чипсах из водорослей, жареной лапши в кесо фундидо, миска белого сырного соуса с булочками с маринованными перцами халапеньо сбоку и прочие удивительные блюда. У них даже была бездонная маргарита с китайским белым ликером, которую я сразу заказала. Я сомневалась после первого глотка, что это была хорошая идея, но выпивка была выпивкой, и мне нужно было напиться сегодня.
— Уверена, что это безопасно? — спросил отец, тыкая в горку ярко-зеленых пельменей с помидорами и свининой, которые я взяла нам. — Пахнет пищевым красителем.