Я пожала плечами, схватила палочками один пельмень с его тарелки, опустила в сальсу, а потом сунула в рот.
— Мне вкусно, — сообщила я. — Но у них есть суши на другой тележке, если хочешь.
— Это еще хуже, — Ён поежился. — Как говорят дома: «Если не видишь океан, не ешь рыбу».
Я не знала, было ли это правдой в эпоху холодильников, но суши из дешевого ресторана мексикано-китайской кухни на окраине Подземелья были плохой идеей. Но мне было плевать, что он ел. Я была занята, наедаясь сама. После двух месяцев здоровой жизни я забыла, какой вкусной была хорошая дешевая еда. Было что-то такое вкусное в непроизносимых химических добавках. И, возможно, ядовитое. Я была уверена, что маргарита с настоящим соком лайма не была бы неоново-зеленой, но — эй! Порой отравлять себя было весело, и я была готова для веселья, даже если приходилось веселиться с ворчливым стариком-отцом.
Кстати, папа был очень голоден. Он воротил нос две минуты, а потом сдался и взялся за еду. Как только он начал, его нельзя было остановить, он съедал все, что могли принести тележки. Когда он остановился, я уже была расслаблена от еды. Я даже не опьянела, ведь много съела, но я ни капли не жалела.
— Видишь? — сказала я папе, пока официанты пытались очистить стол. — Не так и плохо.
— Было ужасно, и ты это знаешь, — он хмуро посмотрел на меня. — Мы прививали тебе вкус лучше этого.
— Дорогие вкусы — помеха, — мудро ответила я. — Мудрый житель Подземелья ценит все съедобное. Я ела то, что ты и представить себе не можешь.
— Я не хочу слышать о том, что ты тут ела, — сказал отец с ужасом на лице. — Ты помнишь, что ты смертная? Что можешь умереть от яда?
Я рассмеялась, а потом замолкла, глаза расширились.
— Стой, это была шутка?
— Это была обоснованная тревога, — сказал он без юмора.
Стоило знать лучше, но ворчать из-за того, что ел ребенок, было нормальным поведением родителя, так что я не злилась. Эта ночь, учитывая то, как она началась, оказалась удивительно неплохой. Я побывала в ресторане, который год был в моем списке, и хоть он дал понять, что есть тут ему не нравилось, было все равно весело смотреть, как папа ел столько, сколько хватило бы десятерым. Больше потрясало, что ничего плохого не случилось. Мы пробыли тут почти час, и драконы не ворвались, чтобы забрать нас. Не было катастроф или магических апокалипсисов. Мы даже не ссорились! Мы ужинали, как нормальные люди.
Это было чудом и знаком, что пора идти. Я была права, что тут не было драконов, но не стоило испытывать удачу, особенно такую, как моя. Мы заплатили за вход, так что могли уйти в любой миг, но я все еще хотела оставить чаевые за посуду, оставленную папой. Я стояла в очереди к киоску у двери, ведь не могла использовать кошелек на телефоне, не вернув Сибил в интернет. Но, когда я закончила вводить на экране чаевые, которые отправляла с кредитки СЗД, колокольчики на двери звякнули за мной.
Я не знала, почему посмотрела. Входная дверь звякала каждые пять секунд с нашего прибытия. Но что-то в этом звуке заставило меня оглянуться, и так я оказалась лицом у груди недовольного Ника.
— Нашел, — сказал он и сжал мои плечи.
— Ник! — вскрикнула я, удивленно вздрогнув. — Что ты тут делаешь? Я…
Я не успела договорить, он поднял меня — реально поднял над полом — и поцеловал.
Глава 5
Если бы мы были в фильме, тут заиграла бы громче музыка, и краски стали бы теплыми, а я прильнула бы к Нику. Но моя жизнь никогда не была фильмом — по крайней мере, не таким — и я запаниковала.
Не сдержалась! Я восемь недель жила с драконом в коме и умершим доктором-шаманом, чье физическое тело было воплощением воли духа города. Я отвыкла от людей. Я напряглась, как замерзшая рыба, и Ник в тревоге отклонился, чего я вовсе не хотела. Я просто была удивлена. Поцелуй был хорошим.
Я думала о Нике много за эти два месяца. Переживала, что он злился на меня или хуже — забыл и пошел дальше в своей жизни. Так поступили мои друзья, когда я исчезла, чтобы стать Уборщиком, но Ник не забыл. Я была вне убежища меньше часа в части города, куда обычно не ходила, а он смог меня найти. Нашел и поцеловал, словно я была особенной. Словно он не мог дождаться, когда коснется меня. Это было приятно, ведь я тоже не могла дождаться.
И я быстро изменила курс событий. Я обвила руками шею Ника и прильнула к нему, его руки обняли мою талию. Он выдохнул с облегчением в мои губы, а потом уткнулся головой в изгиб моей шеи, целуя все, куда мог достать. Я делала так же, скользила пальцами, ощущая знакомую мягкость его коротких волос, а потом силу укрепленных сталью плеч. Каждый раз, когда я вдыхала, мои легкие наполнял его запах, теплая кожа и его любимое лимонное средство для уборки. Я и не понимала, что могла узнать этот запах. Я наслаждалась его ладонями, его телом, шорохом его щетины у моего уха. Безумие, что я скучала так сильно по близости, которую познала лишь раз, но так было. Боже, я скучала по нему, но это было хорошее начало. Может, он все-таки не злился на меня!