Голос Мнемент'а прокатился над холдом. Рамот'а поспешно ринулась вниз, и, едва Лесса ступила на каменные плиты, ее королева взмыла к верхушке башни. Сплелись шеи, бронзовая и золотая, сияющие глаза драконов пригасили блеск, затянулись дымкой...
Лесса стояла там, где ее оставила Рамот'а, не в силах двинуться, пошевелиться... Она смутно чувствовала, что рядом были Т'рон, Мардра, еще какие-то люди, всадники, женщины... Но видела она только Ф'лара, бегущего через двор. Ей хотелось шагнуть к нему, протянуть руки, но странная слабость сковала ее тело.
Он схватил ее, прижал к груди — так крепко, словно боялся, что она может выскользнуть из его объятий и вновь раствориться в ледяном мраке Промежутка. Казалось, обычная сдержанность и холодная ирония покинули его; радость, изумление, страх затопили сердце Ф'лара.
— Лесса, Лесса... — Его хриплый голос звучал как мольба. Он коснулся ладонью ее виска, щеки, шеи... потом жадно приник к губам, нежным и сухим, хранившим вкус ветров времени. Он целовал ее снова и снова — и вдруг оторвал от себя, крепко сжав руками плечи девушки. — Лесса, если ты когда-нибудь еще... — начал Ф'лар, подкрепляя каждое слово добрым рывком.
Вокруг раздался смех, и всадник поднял голову, с недоумением воззрившись на незнакомых улыбающихся людей.
— Я говорила вам, что он будет трясти меня, — сказала Лесса, смахивая с ресниц слезы. — Но, Ф'лар, послушай... я привела их... привела всех, кроме Бенден-Вейра. Вот почему были оставлены пять Вейров... Я позвала их — и они здесь.
Ф'лар оглядел небо поверх голов окруживших его всадников. Тучи драконов, крыло к крылу, спускались в долину Руата. Они были повсюду — зеленые и синие, коричневые и бронзовые, золотые — целое крыло золотых королев!
— Ты привела Вейры? — ошеломленно переспросил Ф'лар.
— Да, ты же видишь! Вот Мардра и Т'рон из Форта, Д'рам — предводитель Исты и...
Ф'лар прервал ее, обняв хрупкие плечи, и повернулся к всадникам, приветственно подняв руку.
— Смогу ли я сказать, как благодарен вам? — произнес он и замолчал — может быть, впервые в жизни не сумев выразить словами то, что переполняло его сердце.
Т'рон выступил вперед и крепко пожал руку молодого вождя Бендена.
— Мы привели тебе тысячу восемьсот драконов, семнадцать золотых королев и весь народ наших Вейров.
— И еще огнеметы — их тоже привезли! — возбужденно вставила Лесса.
— Но рискнуть на такой перелет... Это... это... — в восхищении пробормотал Ф'лар.
Т'рон рассмеялся.
— Лесса, твоя Лесса вела нас!
— А путь указывала Алая Звезда! — добавила девушка.
— Мы — всадники, племя Крылатых, — торжественно произнес Т'рон, — как и ты, Ф'лар Бенденский. И если Нити снова летят сквозь небеса Перна, мы должны быть здесь и сражаться с ними. Это — дело всадников! В любое время, в любом Обороте!
Глава 10
Бей, барабанщик! Труби, горнист!
Солдат, вперед! Играй, арфист!
Сжигайте траву — нас пламя спасет.
Проклятье Звезде, что над нами встает!
В тот предзакатный час, когда пять Вейров возникли в небе Руата, Ф'нор и его молодые всадники возвратились в Бенден с Южного материка. Их терпение и силы были на исходе; с облегчением увидели они знакомые очертания скалистых пиков и стены с чернеющими отверстиями пещер, покинутые ими два дня — и четыре Оборота назад.
Когда Ф'лар и его повелительница вошли в полумрак королевского вейра и направились к комнате Совета, Р'гул приветствовал их новостями о появлении Ф'нора с отрядом из семидесяти двух новых драконов. Он добавил, что их всадники вряд ли смогут участвовать в битве над Телгаром.
— В жизни не видел настолько измученных и истощенных людей. Не понимаю, что с ними случилось, — заметил Р'гул. — Там, на юге, столько солнца, изобилие еды и, кстати, никаких обременительных трудов.
Ф'лар и Лесса переглянулись.
— Ну, ты же знаешь, что заботы о молодых драконах отнимают много сил, — протянул Ф'лар. — К тому же межвременные прыжки — довольно утомительное занятие. Ты сам выглядел бы не лучше.
— Я воин, а не слабая женщина, — проворчал старый всадник. — Чтобы довести меня до такого состояния, нужно что-то пострашнее блошиных скачков из Оборота в Оборот.
— Скоро они придут в себя, — сказала Лесса.
— Им стоит поторопиться. — Р'гул озабоченно потер подбородок, — если мы хотим очистить небеса Перна от Нитей.
— С этим больше не будет никаких проблем, — спокойно заверил его Ф'лар.
— Никаких проблем? Когда в Вейре всего полторы сотни драконов?
— Уже больше двухсот, — поправила его Лесса.
Не обращая на нее внимания, Р'гул спросил с тревогой:
— А огнеметы? Удалось кузнецу сделать огнеметы?
— Конечно, — подтвердил Ф'лар, широко улыбаясь.
Огнеметы, доставленные из прошлого, уже были переданы Фандарелу. Без сомнения, сейчас работали каждый горн и каждая кузница на континенте; через несколько часов старинное оружие наверняка удастся воспроизвести. Как сказал Т'рон, в его времена холды имели множество огнеметов, чтобы уничтожать Нити на земле. За время долгого Интервала это устройство вышло из употребления и было прочно забыто. Но Д'рам, очень заинтересовавшийся распылителем кислоты, добавил, что изобретение Фандарела нравится ему больше огнемета, так как с его помощью можно удобрять почву.
— Ну, что ж, — Р'гул уныло закивал головой, — пара-другая огнеметов не будут лишними под Телгаром.
Лесса фыркнула.
— Нам удалось найти кое-что получше, — бросила она и торопливо скрылась в своей спальне. Затем из-за плотного занавеса донеслись звуки, походившие не то на смех, не то на сдавленные рыдания.
Р'гул нахмурился. Эта девчонка слишком молода, чтобы выполнять обязанности госпожи Вейра в такое время. Никакой серьезности!
— Она понимает, в каком ужасном положении мы оказались? — раздраженно спросил он Ф'лара. — Даже с подкреплением, которое привел Ф'нор, — и то если они смогут летать. Ты должен был запретить ей покидать Вейр!
Ф'лар пропустил мимо ушей замечание старого всадника и потянулся к кувшину с вином.
— В свое время ты утверждал, что пять Вейров опустели потому, что Нити никогда больше не упадут на Перн, — произнес предводитель Бендена, наливая в чашу рубиновый напиток.
Р'гул откашлялся, но ничего не сказал. Вероятно, он полагал, что принесенные им извинения вряд ли окажутся эффективным средством против Нитей.
— Выяснилось, что в твоих словах был резон, — продолжал Ф'лар, наполняя чашу Р'гула. — Но кое-что ты истолковал неверно. Вейры действительно опустели, когда закончилось последнее нашествие Нитей. Затем... затем они направились сюда. К нам.
Р'гул замер, не успев донести чашу до рта. Выпучив глаза, он с тревогой уставился на Ф'лара. Пожалуй, этот бронзовый тоже слишком молод для страшной ответственности, свалившейся на него. Но, похоже, он... Он в самом деле убежден в том, что говорит.
— Ты можешь мне не верить, Р'гул, но через день ты убедишься сам. Пять Вейров больше не пустуют. Их пещеры полны всадников и драконов. И они присоединятся к нам в Телгаре — тысяча восемьсот человек, отважных, с огромным боевым опытом.
Р'гул с жалостью посмотрел на своего обезумевшего вождя. Потом аккуратно поставил чашу на стол, повернулся и вышел из комнаты Совета. Он не желал спорить с человеком, лишившимся рассудка, — и еще меньше хотел подвергаться насмешкам. Лучше посвятить время разработке плана... да, плана, как снова взять в свои руки руководство Вейром.
На следующее утро, увидев стаю огромных бронзовых драконов, которые принесли на совещание в Бенден предводителей пяти Вейров и командиров десятков крыльев, Р'гул незаметно удалился к себе и в уединении опустошил пару кувшинов вина. На Совете он не присутствовал.
Лесса обменялась приветствиями со своими друзьями, а затем, одарив мужчин ласковой улыбкой, покинула их, чтобы покормить Рамот'у.
Ф'лар задумчиво посмотрел ей вслед. Этим утром Лесса была очаровательна, и Ф'лар испытывал тревогу. Покачав головой, он пожал руки только что прибывшим Робинтону и Фандарелу, а потом пригласил гостей пройти в комнату Совета.