Скороход прибыл издалека; с трудом выговорив доверенное ему послание, человек упал на землю, его грудная клетка ходила ходуном, словно кузнечные мехи. Асгенар, сбросив верхнюю куртку, наклонился над бегуном, прикрыл его и напоил из своей фляги.
— Две норы на южных склонах уничтожены, — сообщил он вождю Бендена, поднимавшемуся обратно на холм. — Значит, лес удалось спасти. — Асгенар облегченно вздохнул и сделал глоток из фляги. Затем поспешно протянул ее всаднику. Когда тот вежливо отказался, лорд добавил: — Зима может оказаться тяжелой, и эта древесина еще пригодится моим людям. Уголь слишком дорог!
Ф'лар кивнул. Возможность свободно заготавливать дрова очень выручала жителей холдов, хотя такие соображения беспокоили далеко не всех властителей. Мерон из холда Набол, например, запрещал своим людям рубить лес на дрова, заставляя их платить за дорогой уголь и увеличивая таким образом свои доходы.
— Этот бегун добрался сюда с южных склонов? Быстрый парень!
— Мои скороходы — лучшие на всем Перне. Мерон Набол-ский дважды пытался переманить от меня этого человека.
— И что же?
Лорд Асгенар усмехнулся:
— Кто поверит Мерону? Мой бегун слышал немало историй о том, как Мерон обращается со своими людьми.
Казалось, он хотел добавить еще пару слов по этому поводу, но остановился, бросив настороженный взгляд на лесную опушку, словно заметил что-то в непролазных зарослях.
— В чем Перн действительно нуждается — так это в быстрых средствах связи, — заметил всадник, засмотревшись на тяжело дышавшего человека.
— Быстрых? — Асгенар громко рассмеялся. — Неужели весь Перн заразился от Фандарела его болезнью?
— Перн много выиграет от такой болезни.
Ф'лар подумал, что должен связаться с кузнецом, когда вернется в Вейр. Сейчас больше, чем когда-либо, Перну нужен его талант.
— Да, но станет ли ему в результате лучше? — улыбка Асгенара медленно погасла. С деланой небрежностью он произнес: — Слышал ли ты, что решили относительно цеха Бендарека?
— Еще нет.
— Я не настаиваю, чтобы его главная мастерская располагалась в Лемосе, однако... — настойчиво и серьезно начал молодой лорд.
Ф'лар прервал его, подняв руку:
— Я тоже, хотя мне стоило немалых трудов, убедить остальных в своей искренности. На землях твоего холда огромные запасы леса, и мастерская Бендарека должна быть рядом... В конце концов, он сам пришел в Лемос!
— Что бы я ни предложил, я слышу одни насмешки и возражения! — Серые глаза Асгенара вспыхнули гневом. — Ты же знаешь, мастер не обязан подчиняться лорду холда. И Бендарек столь же беспристрастен, как и Фандарел, — и столь же справедлив... Однако в его цехе многие заинтересованы. Но люди думают только о древесине, о досках и дровах, об этих новых листах для письма и всем прочем, что-там-еще-можно-выжать-из-это-го-леса.
— Я знаю, знаю, Асгенар. Ларад Телгарский и лорд Корман из Керуна на твоей стороне... во всяком случае, так они меня заверили.
— Когда в Телгаре соберется Конклав, я хочу говорить... Надеюсь, лорды Райд и Сайфер поддержат меня... как-никак, мы все трое — с востока.
— Не лорды и не предводители Вейров должны принимать такие решения, — ответил Ф'лар молодому человеку, — а другие мастера. Так считает Фандарел, и я с ним согласен.
— Тогда что же тормозит дело? Все мастера соберутся на моей свадьбе в Телгаре. Пусть они решат раз и навсегда — и оставят Бендарека в покое! — Расстроенный Асгенар всплеснул руками. — Надо наконец узаконить его собственную мастерскую. Все заинтересованы в его продукции, но вопли и крики только мешают ему делать важную работу!
— Любое решение, способное подтолкнуть нас вперед, будет верным. — «Особенно сейчас», добавил про себя Ф'лар, вспомнив об утренних событиях. — Однако изменения беспокоят некоторых лордов и предводителей Вейров. Иногда я думаю, что лишь цеха ремесленников заинтересованы в прогрессе. Лишь они способны проявлять достаточную гибкость и правильно судить, что для нас полезно, а что — нет. Тогда как властители холдов и... — Ф'лар внезапно замолк.
К счастью, с севера показался еще один скороход. Молодой бегун тяжело дышал, ноги его дрожали. Он миновал зеленого дракона, направившись прямо к своему лорду.
— Господин, северный район очищен. Выжжены три норы, все в порядке.
— Молодец, парень. Ты отлично бегаешь.
Юноша, покраснев от похвалы и натуги, отсалютовал вождю Бендена и своему лорду. Затем, сделав несколько глубоких вдохов, он перешагнул через распростертого на земле первого посыльного, наклонился и стал массировать ноги.
Асгенар улыбнулся Ф'лару.
— Не стоит снова повторять все, что связано с цехом Бендарека. Мы согласны в главном. Если бы только удалось доказать это остальным!
Коротко рыкнул Мнемент'. Он передал, что, по сообщениям воздушных патрулей, небо очистилось. Бронзовый так важно протянул Ф'лару переднюю лапу, что Асгенар расхохотался.
— Кажется, нас поторапливают, — заметил он. — Ну, когда же нам ждать следующей атаки?
Ф'лар покачал головой.
— Тут остается Ф'рад. Думаю, у тебя есть дней семь передышки. Если будут новости, я сообщу.
— Ты прилетишь на праздник в Телгар через шесть дней?
— Непременно! Иначе Лесса снимет с меня скальп!
— Передай привет твоей госпоже!
Мнемент' вознесся в небеса по пологой кривой, что позволило его всаднику бросить еще один внимательный взгляд на лесные угодья Лемоса. Клочья дыма клубились на севере и дальше, на востоке, но Мнемент', казалось, не обращал на них внимания. Ф'лар послал его в Промежуток. Ужасный холод ледяными пальцами впился в свежие шрамы от ударов Нитей на лице. Через три вздоха, миновав расстояние в сотни тысяч длин дракона, они вынырнули над чашей Бендена. Рев Мнемент'а, словно удар медного гонга, раскатился над ней — сигнал о том, что дракон благополучно вернулся и... голоден. На мгновение бронзовый застыл в воздухе, но вот раздался ответный крик Рамот'ы, и стройная фигура Лессы появилась на карнизе королевского вейра. Пока Мнемент' планировал на дно чаши, госпожа Вейра сломя голову помчалась вниз по крутым ступенькам — точно так же, как бегал Фелессан, их сын, за что ему порядком доставалось.
Выговоры тут бесполезны, подумал Ф'лар. Затем он увидел, что Лесса держит в руках, и сердито шлепнул Мнемент'а по гладкой шее:
— Как трогательно! Ты заботишься обо мне, словно о несмышленом мальчишке!
Бронзовый развернул крылья и, аккуратно приземляясь на площадке для кормления, подвел итог:
«Удары Нитей причиняют боль».
— Я не хочу огорчать Лессу! Ничем, никогда!
«А я не хочу злить Рамот'у».
Ф'лар соскочил с шеи бронзового, стараясь не обращать внимания на боль в обоженных холодом рубцах. Это был один из тех немногих случаев, когда постоянная связь между всадником и драконом приводила к определенным неудобствам. Особенно если Мнемент' брал инициативу на себя — что, вообще говоря, не являлось характерной чертой драконов.
Мнемент' неуклюже подпрыгнул вверх, освобождая дорогу Лессе. Она еще не успела сбросить полетное снаряжение и, в своей плотно обтягивающей кожаной куртке, выглядела моложе, чем любая из повелительниц Вейров. Ф'лар гордо поднял голову. Лесса мчалась к нему через площадку; косы, которые она заплела перед полетом, били ее по спине. Ни рождение сына, ни семь прошедших Оборотов не добавили веса ее гибкому, стройному телу, но линии груди и бедер стали более плавными, округлыми. А в ее огромных глазах появилось выражение, которое он затруднялся определить: нечто такое... Нечто предназначенное только ему... ему одному.
— И ты еще ругаешь всадников, которые не обращают внимания на раны! — задыхаясь, выпалила она, останавливаясь рядом с Ф'ларом. Прежде чем он сам успел заикнуться, что у него лишь несколько легких ожогов, Лесса уже накладывала целебный бальзам из горшочка. — Я промою ранки, когда прекратится боль... Ты не мог бы наклониться? С Вириант'ом все будет в порядке, но Сорент' и Релт' получили ужасные раны... Пора бы этому мастеру Фандарела — ну, который шлифует стекла, кажется, Вансор? — пора бы ему закончить свое устройство для дальновидения... о котором он постоянно болтает... Плохо с П'ратаном... Манора считает, что ему удастся сохранить зрение... но надо ждать и постоянно наблюдать за его глазами. — Лесса закончила обрабатывать ожоги Ф'лара и остановилась, чтобы глубоко вздохнуть. — Может, это и к лучшему. Если он не прекратит свои набеги за новыми девушками, мы не сможем воспитать всех его детей. Эти девицы из холдов не признают абортов! — Губы ее сжались в тонкую линию, и Ф'лар понял, что она коснулась болезненной темы.