Ветер пробирал меня до костей, и я дрожала не переставая. Сначала ноги ломило от холода. Через какое-то время они вовсе онемели. Я размышляла о том, каково лежать на снегу, как делала это ледяная дева в истории о короле Такле. Сначала будет больно, но потом я вся онемею. Я смогу наконец отдохнуть и заснуть так же безмятежно, как моя матушка.
Небо потемнело, сделалось темно-синим. Отражавшийся от глубоких трещин во льду свет был такого же красивого глубокого синего цвета. От усталости у меня кружилась голова. Смотреть в небо стало для меня все равно что глядеть под ноги. Палка соскользнула, я оступилась и всем телом шлепнулась на лед. Я перевернулась на спину и, радуясь передышке, стала смотреть в синее небо.
Я подумала о том, чтобы остаться здесь на некоторое время. Только делать этого не следовало. Ни в одной таверне слушатели не заплатят за сказку о герое, который сдался и разлегся на снегу в ожидании смерти. Поэтому мне пришлось встать и на негнущихся ногах-палках брести вперед.
Наконец я добралась до башни и в поисках входа решила обойти ее кругом. На полдороге я обнаружила в стене брешь. Я пробралась в нее и очутилась на обледеневшей лестнице. Льющегося в узкие окна света едва хватало для того, чтобы осветить каменные ступени. Под слоем льда виднелись подсвечники, в которых когда-то пылали факелы. Стены закоптились там, где их некогда лизало пламя.
Хотя стены замка преграждали путь ветру, внутри было даже холоднее, чем снаружи. Зубы у меня стучали, я не могла совладать с охватившей меня дрожью. И медленно, чтобы не поскользнуться на обледеневших ступенях, брела вверх.
Лестница привела меня в широкий коридор. Здесь стены уже не блестели ото льда, было чуточку теплее. В конце коридора мерцал золотистый свет, льющийся в открытую дверь. Я направилась туда.
В дверях я остановилась, сердце бешено стучало. Я чувствовала, что на границах сознания зарождается страх, но напомнила себе, что конец-то будет счастливый. Он просто обязан быть таковым.
Посредине огромного зала почивал дракон. Он лежал на обгоревших лохмотьях некогда прекрасного ковра. Пахло гарью и дымом. Я чувствовала тепло, которым, словно от печки, веяло от громадного чудовища.
Чтобы в зачатке подавить страх, я принялась разглядывать дракона и размышлять, как опишу его слушателям. У него было тело жуткой ящерицы размером с боевого коня. На спине росли крылья — громадные и кожистые. Глаза были закрыты. Могучая голова покоилась на передних лапах. Я не стала слишком долго удерживать внимание на драконьих челюстях и длинных когтях. Вместо этого я принялась рассматривать зал и обдумывать, как бы получше описать его слушателям.
Некогда это помещение было пышным и великолепным. Под темным слоем копоти и грязи я разглядела фрески. Художники расписывали стены более ста лет назад. По левую руку от меня двое охотников с луками целились в снежных коз, которые в поисках спасения убегали в горы. На дальней стене был изображен горный пейзаж — тот же самый, что расстилался вокруг замка. Но художник писал во времена более теплые и счастливые — тогда среди серых камней цвели полевые цветы.
На уровне пола изображенные на фреске живописные камни образовывали пещеру. Нарисованные глыбы гармонично сочетались с натуральными камнями, из которых был сложен такой большой очаг, что в нем можно было целиком зажарить быка.
Возле камина в резном дубовом кресле восседал скелет с золотой короной на черепе. К костям присохли лохмотья роскошной ткани, которые трепетали от ветра, врывавшегося в пролом справа от меня.
Та стена была разрушена, и вместе с ней — фреска. Ну и жуткий же был удар! Кладка осыпалась внутрь, и образовалась такая большая дыра, что в нее смог пролезть дракон. В пролом виднелся поблескивающий далеко внизу ледник. На темнеющем небе появились первые вечерние звезды. Я содрогнулась от холодного ветра.
— Чую врага! — прорычал низкий голос.
Я перевела взгляд на дракона. Зверь не шевелился, но открыл глаза, которые пылали, подобно тлеющим углям. Их глубина мерцала и переливалась разными цветами: золотистым, красным и синим.
— Я знаю, что ты враг, потому что от тебя пахнет человеком из долины. Ты не принц. И не герой. Так кто же ты и зачем пожаловал сюда?
Я напомнила себе, что следует быть честной. Драконы чуют лжеца.
— Я простая сказочница, — ответила я.
— Сказочница? — Дракон поднял голову и глянул на меня пылающими глазами. — Как странно. За последнюю сотню лет все те, что являлись сюда, желали меня убить. Они вместе с солдатами поднимались по дороге из долины, и меня будил их страх. Я чувствовал, как содрогались их души, как пылали ненавистью сердца. Я ощущал пыл бушующих в них чувств, и в ответ распалялось мое собственное пламя. Сонливость слетала с меня, и я бросался в битву.