Дракончик вздрогнул, разжал кулачок и поднял голову. Над ним возвышалась сердитая драконица.
— Тебя в школе разве не учили, что сейчас сезон размножения? Сам видишь, он как раз залез на свою... э-э... в общем, в такие моменты животных трогать нельзя. А ты ещё и его самку придушил.
— А мне интере-е-есно было... — заныл дракончик. — Посмотрите, какие у него надкрылья блестящие...
— Красивые надкрылья, — согласилась драконица, — но зачем ты их обломал?
— Я из них хотел пирсинг над бровями сделать, — потупясь, сознался дракончик. — А у него всё равно ещё одни крылышки остались, тоже красивые, синенькие.
— Ну да, — проворчала драконица, — только они теперь мятые и грязные. Как ты думаешь, он далеко на них улетит?
Позеленевший от стыда дракончик молчал и ковырял кончиком хвоста придорожный валун.
— Ладно, оставь жучка в покое, пусть ползёт, — смилостивилась драконица. — Может, выживет. Лети к маме, помоги ей воду натаскать, она как раз с бочками к реке направилась; будешь хорошо себя вести — не скажу ей, что ты животных мучаешь...
От громкого хлопанья крыльев рыцарь очнулся. Немного полежав, он приподнялся на локте и помотал головой. Блики на обломках лат прыгали перед глазами, как белые мыши, играющие в чехарду. Рядом с доспехами лежала полузадушенная лошадь; глаза животного были закрыты, но дыхание постепенно выравнивалось.
Хлопанье над головой постепенно стихало. Рыцарь посмотрел вверх и увидел огромные крылатые тени. Сделав над собой усилие, он встал на четвереньки, подобрал полы синего плаща и медленно пополз в кусты.
Драконица и её принцессы, ч.1
Пещерный зал был прекрасен до невозможности. Струйки прозрачного голубого тумана плыли по воздуху, отражались от стен, обвивались одна вокруг другой. Крупные самоцветы на тёмном фоне потолка были похожи на разноцветные звёзды. Тяжёлые капли воды срывались со сталактитов и падали в лужицы, выдолбленные мастером-настройщиком водяных органов, порождая созвучия невероятной хрупкости и красоты. Гнёзда мерцающего мха на стенах пылали, словно фиолетовые угли в камине чародея. Посередине зала бил фонтанчик из живой воды; пузыри на поверхности на короткое время превращались в крохотных радужных рыбок, и те весело играли в глубине чаши, прежде чем опять раствориться в серебристой жидкости.
За столом у фонтана, на мягком ложе из пеногранита возлежала хозяйка пещеры, чёрная драконица. Её гость, повелитель гоблинов, с интересом рассматривал стоящую в углу принцессу, с головы до ног увешанную драгоценными украшениями из драконьей сокровищницы. Девушка недовольно морщила носик, но молчала.
Гоблин тронул узловатым пальцем хрустальный колокольчик, свисавший с носа принцессы, тот качнулся и несколько раз тенькнул.
— Слушай, а зачем драконы воруют принцесс? Они же их всё равно не едят.
— Ты что! — всплеснула лапами драконица. — Принцессы — это же так красиво!
— И наверняка модно, — пробормотал себе под нос гоблин с хитрой ухмылкой. Драконица сделала вид, что не услышала, и отвернулась.
Расставленные по закуткам пещеры принцессы стояли смирно, изредка переминаясь с ноги на ногу. До перерыва на обед оставалось ещё минут сорок.
Драконица и её принцессы, ч.2
Повелитель гоблинов прошёлся вдоль хрустальной стены, заложив руки за спину. Сидевшие по ту сторону принцессы боязливо наблюдали за ним. Гоблин остановился, подмигнул пухленькой блондинке и поскрёб стену коготком. Хрусталь скрипнул, на гладкой поверхности появилась царапинка. Гоблин вздрогнул, заморгал и преувеличенно бодрой походкой вернулся к столу.
На морде драконицы явственно читалось осуждение. Гоблин смущённо втянул голову в плечи и поспешил налить себе очередной бокал.
— А ты не допускаешь, что они разумные существа? — попытался он перевести разговор на другую тему.
Хозяйка пещеры бросила на поцарапанный участок стены взгляд с прищуром, вздохнула и ответила:
— Не-а. Сто раз проверяла. Вот смотри.
Она собрала с пола пригоршню драгоценных камней, взяла со стола миску с плюшками, стала на задние лапы, оперлась на стенку и опустила морду внутрь принцессариума. Встревоженные девушки за стеной забегали и засуетились, пытаясь спрятаться под коваными кроватями с одеялами из фосфоресцирующего лишайника, укрыться за каменными пуфиками и другими предметами интерьера (обстановка, любовно подобранная хозяйкой в лучшей лавке для домашних любимцев, составляла её особую гордость). Драконица бережно опустила миску с плюшками на пол в одном углу, а в противоположный начала сыпать камешки, приговаривая: "Цыпа-цыпа-цыпа..."