Выбрать главу

Удивительным, однако, было то, что Рим говорил об отметине, оставленной заклятием Кируна. Применяя магию, Керриган вбирал в себя энергию и с помощью нее заставлял заклятия работать, однако он никогда особо не задумывался об источнике этой энергии. Юноша знал, что некоторые начинающие маги не сразу могут принять это, но для него это никогда не было проблемой. На самом деле многие его учителя завидовали той легкости, с которой он был способен притягивать к себе силу и наполнять ею свои заклинания.

А что если… и тут юному магу пришла в голову аналогия, из которой многое становилось ясным. Если привлечение магии на самом деле сродни добыче угля, то его руки должны были оказаться грязными? Вероятно, они испачкались бы? И его ногти почернели бы? И тогда, если сам факт создания особенного заклятия оставляет на нем свой след, то это означает, что на нем теперь есть отметина? С другой стороны, Рим обнаружил на нем следы магии Кируна, и это подтверждало, что все его мысли верны.

Но если это было правдой… Керриган прижал руки к груди. Если заклятие или артефакт оставляют следы на ком бы то ни было, можно ли потом распознать этот след? Подобное заклятие, настроенное, скажем, на Корону Дракона, возможно, способно установить местоположение Кайтрин, что позволило бы им напасть на нее. Юноша громко застонал:

— Если бы я не был таким идиотом!

Работая над желтым фрагментом Короны Дракона, он вложил в него заклятие, которое медленно изменяло представления Кайтрин о мире. Молодому магу хотелось, чтобы оно превратило императрицу в параноика, чтобы она считала, что все вокруг плетут интриги. В то время это показалось ему изысканной и подходящей местью за смерть своего наставника.

Все было бы гораздо проще, если бы он спрятал в нем заклинание, которое просто убило бы Кайтрин. Или же, исключив прямые удары, можно было использовать более хитрое заклятие, которое позволило бы ему определить местонахождение фрагмента Короны Дракона.

Юноша закрыл лицо руками. Иногда я даже слишком, умен, и обычно, это мне помогает. Я сообразителен, но у меня нет опыта. Я знаю не все, чтобы в полной мере использовать свои возможности.

Подумав об Орле, Керриган улыбнулся. Эта седовласая женщина когда-то насоветовала ему много полезного. Например, наказала слушаться Ворона и Резолюта и держаться подальше от Вильвана, потому как она знала, что там его сделают не таким, каким он будет нужен миру. Он — больше, чем просто драгонель. Но так же, как и это оружие, он нуждается в том, чтобы его навели на цель, казали мишень. Ворон и Резолют должны будут сделать это, ведь они преследуют одну цель: остановить Кайтрин.

Керриган резко сел на своей соломенной кровати. Слева вспыхнула искорка и, описав дугу, упала на свечу, стоявшую на полке. Поймав искорку, свеча загорелась. Затем из нее посыпались новые искры, вмиг разлетевшиеся по комнате, зажигая остальные свечи, и так, пока все вокруг не наполнилось радостно сверкающими огоньками.

Первая искорка появилась из указательного пальца Рима Рамоча, направленного на свечу. Маг в маске, сжав пальцы в кулак, воззрился на Керригана:

— Вы не спали, адепт Риз.

— Я размышлял над тем, что вы мне сказали.

— Как и я, над тем, что поведали мне вы, — чародей в мантии сложил пальцы домиком. — Способность создавать парные предметы без помощи похожих объектов заинтриговала меня. У нас не было времени, чтобы вы продемонстрировали мне, как это делается, но я попрошу вас об этом позже. Меня также интересует, насколько хорошо работает создаваемый дубликат. Если я попрошу вас создать пару предмету, наделенному магической силой, будет ли дубликат обладать точно такой же силой, или созданный артефакт не будет работать?

Керриган пожал плечами:

— Не знаю. Не думаю, что созданный мной фрагмент Короны Дракона будет иметь силу в самой Короне. Я не особенно тогда разобрался в ее магии, поэтому сомневаюсь, что сделанный мной дубликат подействует.

— Жаль, хотя, возможно, это и к лучшему, принимая во внимание все обстоятельства, — Рим слегка наклонил голову. — А над чем задумались вы, адепт?

— О следах и отметинах на магии, и о том, почему Вильван таков, какой он есть.