Куайсин часто рассказывал о руинах Микайзы. Множество таких поселений остались покинутыми после того, как Катаклизм вынудил Димернести перейти к кочевому образу жизни. Большая часть их прибрежных поселков осталась относительно нетронутой лишь потому, что кораллы завладели наследием эльфов и скрыли все оставшиеся строения. Даргонести и Димернести частенько использовали эти дома для ночевок во время путешествий, но тяжелые воспоминания, словно грозные призраки, не позволяли им оставаться здесь надолго.
К Бризис постепенно возвращались ее способности, и девушка сумела различить в воде слабый привкус ядовитых примесей. Концентрация соли по-прежнему была очень высокой, но еще сильнее чувствовалось присутствие минералов, содержащих серу и хлор. Остальные примеси оказались незнакомыми, но, тем не менее, очень неприятными. Выделять кислород из подобной смеси было нелегко, а кроме того, вода была необычно теплой. Бризис уже соскучилась по чистой глубинной прохладе.
После осмотра двух прилегающих помещений эльфийка выплыла наверх через отверстие в частично обвалившемся потолке и оказалась в густых зарослях кораллов. Она поднялась еще выше и окинула взглядом коралловые поля – кусты имели странные очертания, поскольку основаниями для них служили покинутые здания. Но колония кораллов была на грани гибели, ее цвета побледнели от воздействия каких-то посторонних минералов, а рыб в этом месте было совсем мало.
По воде пронесся пронзительный свист, и Маленький Тиран едва не врезался в Бризис. Девушка ласково погладила дельфина и заметила на его коже новые шрамы, продолжающие карту. Шрамы покраснели и, видимо, причиняли боль, поскольку Маленький Тиран вздрогнул от ее прикосновения. Бризис мысленно выругалась и полезла в сумку на поясе, надеясь отыскать хоть немного мази, чтобы облегчить страдания дельфина.
Она уже вытащила флакон с мазью из китового жира, когда увидела приближающихся Велоксуа и Куайсина. Девушка сердито посмотрела на старшую эльфийку и устремилась к ней с намерением сделать выговор за жестокое обращение с дельфином. Но Куайсин встал между ними и осторожно придержал Бризис за плечи.
– Надо было подождать! – крикнула Бризис Велоксуа.
– Мы не могли ждать, – ответила та.
Бризис жалобно посмотрела на Куайсина, но его взгляд оставался непреклонным.
– Его боль – ничто по сравнению с важностью нашей миссии, – продолжала Велоксуа.
Старик взглядом попросил ее успокоиться, а сам обратился к Бризис:
– Я приказал продолжать работать с картой, и Маленький Тиран терпеливо перенес испытание. Он знал, что это необходимо.
– У нас не было возможности даже подождать, пока ты поправишься, – сказала Велоксуа, не вняв просьбе Куайсина. – Наша экспедиция с каждым днем становится все опаснее.
– Что сделано, то сделано, – добавил старик. Бризис отвернулась к Маленькому Тирану и показала на новый, безобразного вида шрам.
– Что это? – спросила она, стараясь не думать о том, какие страдания причинял он дельфину.
– Мы назвали ее «Соленая Рана», – ответила Велоксуа. – Это новая глубокая трещина в дне океана, и, как нам кажется, она проходит до соляного пласта. Поэтому вода здесь так сильно изменилась.
– Вода вокруг трещины слишком соленая даже для нас, – продолжил Куайсин. – Когда приближаешься к этому месту, становится трудно дышать. Там нет никакой растительности, туда никто не заплывает.
– А что происходит с местной водой? – спросила Бризис, показывая рукой вокруг себя. – Что ее отравляет?
– Мы можем тебе это показать, – предложил старик.
Куайсин назвал это Обрывом Мира. Коралловые поля на окраине Микайзы внезапно заканчивались, и дно исчезало, словно обрезанное рукой Аббуку, Рыбьего Бога. Обрыв уходил в обе стороны, насколько хватало глаз. По мере того, как кромка постепенно разрушалась, в бездну проваливались отдельные дома и кусты кораллов. За краем обрыва царила глубокая, непроницаемая тьма, из которой медленно поднимались и растекались темными прядями густые клубы, напоминающие грозовые тучи.
– Мы первыми нанесем этот обрыв на карту… Возможно даже, мы первые, кто его обнаружил, – сдавленным голосом произнесла Велоксуа. – Можно подумать, что морское дно… обвалилось.
– Вы заплывали туда? – спросила девушка.
– Еще нет. Я верю, что вода пригодна для дыхания, но… – Куайсин умолк, не закончив фразу.
– Вам нужна моя помощь, чтобы определиться, – с мрачной решимостью закончила за него Бризис.
Велоксуа подплыла ближе.
– Мы должны попасть туда. Это наша обязанность. Необходимо определить причину возникновения обрыва…
– Но?… – поторопила Бризис, чувствуя, что старшая эльфийка чего-то недоговаривает.
– Но Маленький Тиран не может идти с нами. Он должен вернуться.
– Вернуться? – переспросила Бризис. – Но путешествовать в одиночку небезопасно.
– Ему ничего не грозит. А мы только будем его задерживать, – сказал Куайсин. – Он должен уплыть сейчас, чтобы сохранить то, что мы узнали.
– Я уже сделала копию с его карты, – добавила Велоксуа, похлопав по своей сумке. – Если на то будет воля Аббуку, один из нас доберется до Истара, чтобы рассказать обо всех изменениях.
– Но мы даже не знаем, что это за место, – сказала Бризис, отчаянно стараясь удержать Маленького Тирана возле себя и в то же время понимая слабость своих доводов.
– Он не может спускаться с нами, – возразил Куайсин. – И мы не можем оставить его здесь. Лучше пусть он уплывет, уверенный в твоей безопасности, чем будет ждать нашего возвращения оттуда, откуда, возможно, мы не выберемся.
– Бризис, – мягко сказала Велоксуа, – это в большей степени ради его безопасности, нежели для нашей.
Девушка вздохнула, признавая свое поражение.
– Хорошо, – печально ответила она. – Но будет лучше, если я сама поговорю с Маленьким Тираном.
Велоксуа с Куайсином кивнули и стали ждать, пока Бризис, отплыв на некоторое расстояние, говорила с дельфином. До них донеслись постепенно затихающие пронзительные свистки и щелчки, и эльфы поняли, насколько трудным стал для обоих этот разговор. Но Маленький Тиран был хорошо обучен и подготовлен к выполнению задания. Девушка заверила дельфина, что ей не угрожает никакая опасность. Он должен отправиться в путь немедленно и ждать ее возвращения в Истаре.
– Нам придется немного задержаться, – шепнул Куайсин Велоксуа. – Я не хочу, чтобы Маленький Тиран видел, как Бризис спускается в эту темную бездну. Если у мира и есть глотка, я уверен, мы ее отыскали.
Прошло не меньше двух часов, прежде чем трое эльфов подобрались к краю обрыва. Маленький Тиран воспользовался подводными течениями и давно уплыл по направлению к Истару. Куайсин постучал по краю пропасти своим трезубцем и без труда отломил хрупкие куски скалы и коралла.
– Ну что, спускаемся? – спросил он, подготавливая длинную веревку из свитых водорослей.
– Подождите минуту, – остановила его Бризис. – От воды исходит зловоние. Я могу только догадываться, какие яды содержатся в этих клубах. Лучше нам не дышать. Наполните свои легкие.
– Мы будем находиться над облаком, пока ты его не исследуешь, – сказал ей Куайсин. – Я обвяжу тебя веревкой. Если сочтешь, что мы можем к тебе присоединиться, дерни два раза если потребуется помощь, – невесело усмехнулся он, – дерни еще-два раза.
– Если мои догадки верны, – заговорила Велоксуа, – скопление должно быть определенного объема. Содержащиеся в нем частицы, вероятно, слишком тяжелы, чтобы вода их вытолкнула, но слишком легки, чтобы опуститься.
Все трое наполнили пустые легкие, а чтобы это не мешало свободно ходить по дну, набрали в сумки камней и шагнули с обрыва в темную пропасть.
Началось медленное падение, и мимо заскользили ноздреватые стены скал. Бризис ощутила жжение в жабрах. В нос ударил запах аммиака. Черное облако быстро приближалось, скрывая под собой неведомое.
Когда до верхней границы осталось не более двух метров, эльфы прекратили спуск. Бризис молча кивнула своим спутникам: она не хотела расходовать запасенный в легких воздух на разговоры. Куайсин привязал один конец веревки к ее руке, а второй закрепил на своем запястье, и девушка нырнула в подвижную темноту облака. Давление больно сжимало ее грудь, но эльфийка держалась.