– Вот этот получит кнут и неделю в колодках.
– А парень?
– Кнут, конечно. Он слишком юн, чтобы выдержать неделю в колодках.
– Я говорил вам и считаю, что возраст здесь не играет роли. Любого, не важно, сколько ему лет, нужно сажать в колодки, если он отклоняется от пути Диана.
– Подождите секунду! – закричал Релкин в ярости. – Вы не можете сделать этого без военного трибунала. Вы должны отослать меня к капитану Идсу в форт.
– Пытаешься учить меня моему делу? – заревел человек с большим красным носом. – Нам решать, что говорит закон и кого нам надо спрашивать!
– Он щелкнул пальцами. – Заберите их!
Моряк наклонился и швырнул камень, который сбил коническую шляпу с одного из мужчин. Дианины в ярости заорали. Релкин увернулся от неуклюжего захвата, перебежал на другую сторону улицы и помчался на склад.
На месте был только мул. Маленький Джак исчез. Какой-то парень, стоящий в очереди за мешками пшеницы, наклонился к Релкину и зашептал:
– Они арестовали твоего дружка. Сказали, что он хулил Диана, и его увели.
– Давно?
– Минуты две назад. Ты лучше убирайся отсюда.
Релкин оглянулся на дверь склада.
– Спасибо, – сказал он, взял Злюку за уздечку и вывел на улицу.
Релкин вышел вовремя. Группа из пяти дианинов неслась ему наперерез. Релкин направил Злюку навстречу и уколол мула в ляжку.
Злюка понесся вперед, пронзительно вопя и брыкаясь задними ногами. Релкин склонился к холке, и вот они уже неслись по направлению к холмам и форту.
Старина Злюка был не из тех мулов, которые могут упустить возможность отомстить за себя; дианины вынуждены были рассыпаться перед его копытами и зубами и дали Релкину драгоценную фору в двадцать ярдов.
Глава 26
Сидя в колодках перед зданием суда, Джак пытался выглядеть спокойным в ожидании исполнения приговора. Через час его должны были бить кнутом.
Три маленьких мальчика и девочка чуть постарше проходили мимо плечом к плечу. Как и все, они были одеты в черное. Они остановились напротив скорченного пленника.
– Тебя должны забить камнями до смерти, – сказал один из мальчиков.
– Для продавцов камней сегодня хороший день, – заявила девочка.
– А почему, Ферина? – спросил мальчик, заговоривший первым.
– Потому что это драконир, Керик. Дракониры – известные воры.
Дети уставились на, прикованного маленькими злыми глазками:
– Воры – это плохие люди.
– Их надо убивать.
– Мы поможем бросать в тебя камни. Джак пробормотал, что он ничего не украл. Что его даже обвиняли не в краже, а только в том, что он богохульствовал против Диана.
– Ты врешь. Спорим, что ты вор, – сказала девочка, которая уже сейчас со своими тонко поджатыми губами походила на взрослого дианина.
– Послушай, я не из вашего города, я драконир. Я служу Империи.
– Мы знаем об этом, дурачок, – отозвалась девочка, – но все люди в форте – воры. Так говорит мой отец.
Протестуя, Джак сказал, что так называемые воры только что покончили с угрозой Блеза Кралла.
– Ну и что? – спросил один из мальчиков.
– А то, что вы должны быть нам хоть немного благодарны, не так ли?
– Не может быть благодарности к тем, кто не следует Диану, так написано, – сказал мальчик с отсутствующим взглядом.
– Где это написано? Раньше я никогда об этом не слышал.
– Это написано в Большой Книге Диана. Если ты не слышал об этом, ты, должно быть, грешник, – злобно поглядела на него девочка.
– Вы глупые, ребята. – Голова у Джака кружилась. Он чувствовал себя ужасно одиноким и испуганным, но он был также и зол.
– Прислушиваться надо только к словам Диана. Пошли, мальчики. – Девочка потянула своих маленьких спутников прочь. Они пошли через площадь, часто оглядываясь, и скрылись из виду.
Вскоре после этого из здания суда вышли судьи и люди, именуемые «Орудиями Диана». Двое сильных мужчин вытащили Джака из колодок и подготовили к порке.
Вокруг быстро собралась толпа, а мужчина с огромным красным носом взялся руководить всей процедурой:
– Теперь, братья служители Диана, мы вновь должны созерцать злые деяния. Где бы незрелая юность ни поднимала свою голову, она должна спрашивать разрешения. Свобода для такой юности может привести к преступлению! Диан требует дисциплины! Вновь и вновь мы видим печать распущенности и зла и греха алчности среди неверных, которые посещают наш святой город. Вновь и вновь мы призываем восстановить законность дисциплины Диана.
– Пусть его порют! – закричала толпа.
– Но перед нами не просто ослушник, это пьяница и вор.
– Накажем его, забьем его камнями до смерти!