– Вы думаете, как мы можем войти в это ужасное место, не оставив надежду на спасение. Конечно, не в человеческом обличье.
Лагдален с громадным облегчением вздохнула про себя. Значит, они хотят, чтобы она помогла им с какой-то большой магией. Что ж, это совсем другое дело, и Лагдален будет рада служить им. Она сделает все, что должна сделать, пока ведьмы несутся в хаотическом эфире на астральном уровне.
Рибела опустила свою чашку. Она сделала незаметный жест, и Лессис предоставила говорить ей.
– К несчастью, дорогая, мы не способны на атаку из астрального уровня. Мы не сможем проникнуть в высокие области понимания. Повелители поставили там непреодолимые барьеры. Они очень сильны.
Лагдален попыталась догадаться:
– Но если вы не можете использовать магию и не можете проникнуть внутрь… Что же тогда вы собираетесь делать?
Лессис мягко улыбнулась:
– Мы войдем туда физически, но не будем человеческими существами. Наше проникновение осуществится в более скромном, миниатюрном виде.
Глаза Лагдален расширились:
– Перевоплощение? Лессис кивнула:
– Да, моя дорогая, потребуется великая сила, чтобы достичь успеха, но это будет сделано.
Лагдален уловила в голосе Лессис решимость и уверенность. Из всех ведьм эти две были самыми великими практиками в искусстве магического перевоплощения. Вот уж не напрасно они были известны как Королевы Мышей и Птиц.
– В малых формах мы легко проникнем в Четырехдольник незамеченными. Мы будем слишком незначительны, чтобы Повелители обратили на нас внимание.
– Однако здесь есть еще одна проблема, – сказала Рибела.
Лагдален, казалось, поняла ее:
– Вы должны прибыть в Падмасу в человеческом образе, а затем перевоплотиться.
– Нет, моя дорогая, мы надеемся завершить наше перевоплощение здесь и путешествовать уже в нечеловеческом виде. Это означает, что нам потребуются некоторые транспортные средства, ведь я буду очень маленькой птицей, а Рибела – мышью.
– Как? Что? – Страх вновь ожил в ней. Она почувствовала, как тяжело забилось сердце. – Нет! Они хотят ее душу? Для этого?
– Мы хотели бы попросить только об одном: чтобы вы взяли на себя контроль за орлом в течение нескольких дней. Этого достаточно, чтобы доставить нас туда и вернуть обратно после окончания нашего задания.
Перевоплощение? Она будет удалена из своего собственного тела и помещена в мозг орла, совершенно чуждого создания, в мозг дикой хищной птицы? А что будет с ее ребенком, с ее милой Ламиной?
– Буду ли я способна восстановиться? Я имею в виду, не останусь ли я в орле?
Глаза обеих ведьм на секунду вспыхнули.
– Эффект будет длиться всего несколько дней, – сказала Лессис. – Как раз достаточно, чтобы доставить нас туда и обратно. Это очень смело, малышка, но это должно быть сделано, и в этом наша единственная надежда.
– Да, я понимаю, – сказала Лагдален с тяжелым вздохом.
– Нет никого, кроме тебя, кого мы могли бы просить об этой услуге, – нежно произнесла Лессис. – У тебя есть мужество, сила духа и ум. Кроме того, ты работала с нами обеими в прошлом и понимаешь в нашей работе больше, чем любой, не знакомый с ней.
Лагдален вздохнула. Лессис тоже вздохнула. Лагдален вздохнула еще раз.
– Мы вновь должны просить тебя пожертвовать своими материнскими чувствами ради Империи.
Лагдален почувствовала, что глаза Рибелы строго смотрят на нее, и попыталась не быть столь непростительно слабой в присутствии Королевы Мышей.
– Над нами повисла ужасная угроза, малышка. Мы должны пожертвовать собой, если будет необходимо. Наше дело гораздо выше, чем любая личная жизнь.
Лагдален взглянула на Рибелу, и нужные слова пришли к ней:
– Я слышала только, что на западе началась война и враг собирается напасть на форт Теот.
– Правду о положении дел скрывают из боязни всеобщей паники. Тем не менее паника уже началась в Кадейне. Происходят стычки из-за мест в экипажах и из-за коек на судах. Враг бросил на нас более чем стотысячную армию.
– Но как они могли вырастить так много?
– Они похитили тысячи женщин из Урдха во время столкновений в прошлом году. Эти женщины были использованы, чтобы произвести орду бесов.
– Возможно, они окажутся сильнее нас в Кеноре, а к зиме достигнут побережья.
Лагдален содрогнулась. Мысль о том, что ее родные процветающие провинции со всеми городами, фермами и поселками будут разграблены ордой извращенных бесов-человекоубийц, была слишком страшной. Женщина боялась даже думать об этом.
– Они должны быть остановлены, – сказала Лагдален. Если не получится, будущего для Ламины также не будет.