Я непроизвольно пробормотал заклинание «Истинного Зрения», пытаясь определить, куда же делся с помоста Неповторимый Цзя, и сразу же увидел, что он стоит на прежнем месте, подняв над собой руки, быстро вращая ладонями и шевеля губами. А над ним раскачивается его магический кокон, принявший форму черной воронки. Получалось, что маг сделал свой кокон видимым и сам спрятался в нем!
И в этот момент Неповторимый Цзя быстро хлопнул в ладоши. От края воронки оторвался небольшой черный сгусток и с огромной скоростью устремился в сторону неподвижной черной фигуры, маячившей на противоположной стороне помоста. Казалось, удар был молниеносным, однако одновременно с ним долговязый Цзя Шун столь же молниеносно переместился вперед и в сторону, по диагонали, на две клетки. А в следующее мгновение опустевшая лимонная клетка расцвела алым пламенем — это ударивший в нее темный сгусток превратился в огненный цветок!
Я не заметил, как с помоста исчезла черная воронка Цзя Лянь-бяо, но он сам появился, переместившись вперед через одну клетку.
Теперь уже маленький белобородый карлик напряженно застыл на месте, в то время как его противник исчез. Вместо него на лимонной клетке возникла… река! На высоте пяти-шести метров от помоста прямо из воздуха выплескивался мощный водный поток, пропадавший в помосте у самой границы клетки. Я с помощью активизированного Истинного Зрения видел, что Великолепный Цзя продолжает стоять на своем месте, а его магический кокон вращается вокруг его фигуры в почти вертикальной плоскости, образовав нечто вроде неправильного кольца. Часть этого кольца и была видна всей площади в виде водного потока.
Это новое зрелище радовало зрителей не более пяти-шести секунд. Затем здоровенный пласт воды неожиданно вырвался из общего потока и рванулся по высокой дуге в сторону белобородого карлика. Удар Цзя Шуна был гораздо медлительнее, однако водный пласт в своем полете начал быстро расплываться вширь, и скоро стало ясно, что накрывает он площадь значительно большую, нежели одна клетка.
Цзя Лянь-бяо заметался по своей клетке, явно не зная, что предпринять, а затем присел на одно колено и резко выбросил над собой правую руку. Над его головой возникло странное мерцание, словно окружающий воздух мгновенно нагрелся и заструился. В следующее мгновение это мерцание резко уплотнилось, принимая вид короткого широкого конуса. Острие этого конуса приняло на себя удар водяной плиты, и плотный, всесокрушающий поток… распался на этом энергетическом острие, стек по нему, теряя свою убойную силу, мгновенно впитался в настил, и ни одна его капля не достигла своей маленькой белобородой цели!
Именно в этот момент меня отвлекло какое-то крошечное движение в совершенно неподвижном окружающем пространстве. Я чисто рефлекторно бросил мгновенный взгляд вслед этому движению и увидел, что один из четырех цветастых халатов, маячивших слева от помоста неподвижно лежит на мостовой. И тогда я понял, что этот раунд схватки карлик Цзя начисто проиграл своему долговязому противнику. Если Великолепный Цзя просто ушел от удара, заставив нападавшего попусту истратить часть своей магической силы, то Неповторимому Цзя пришлось для обороны задействовать свою магическую мощь и часть ее потерять. Поэтому-то сейчас один из его «аккумуляторов» лежал без движения, без личного магического кокона. Его хозяин… выпил его!
Когда я снова посмотрел на помост, оказалось, что Цзя Шун переместился еще на одну клетку вперед и к центру, а Цзя Лянь-бяо отступил на одну клетку назад и вправо. Однако теперь ход был за карликом Цзя.
Несколько секунд ничего не происходило, а затем Неповторимый Цзя снова исчез с глаз толпы, запрудившей площадь. Вместо него появилась гигантская черная с серебряным рисунком на спине змея. Ее плоская, заостренная к носу голова, раскачиваясь из стороны в сторону, поднималась все выше и выше, не сводя алого гипнотизирующего взгляда со своего противника, вынужденного задирать голову, поскольку теперь оба мага стояли достаточно близко друг к другу. Змеиная голова раскачивалась все быстрее, одновременно сокращая амплитуду колебаний, и вдруг с непостижимой скоростью нырнула вниз! Площадь ахнула, но оказалось, что это был обман — удара не последовало, Неповторимый Цзя, видимо, просто пытался испугать своего противника и заставить его переместиться до удара.
Я не понял, какой в этом маневре был смысл, но Великолепный Цзя не поддался на уловку. Не двинувшись с места, он продолжал пристально наблюдать за действиями своего противника. Еще пару раз черная анаконда повторяла свой трюк с ложным ударом, но долговязый маг остался недвижен. Наконец голова змеи, на мгновение прервав свое безостановочное качание, несколько откинулась назад, замерла, ее глаза вспыхнули чуть ярче… И в следующую секунду Цзя Шун вскинул вверх обе руки, а позади него упали на мостовую две фигуры, закутанные в темные накидки. С поднятых вверх ладоней мага прямо в черное, нависшее над ним тело ударил узкий светлый, перевитый неким призрачным мерцанием луч! Лоснящаяся змеиная кожа зашипела и начала… плавиться! Голова змеи заметалась над расчерченным клетками помостом, пытаясь уйти от удара, но светлый, переливающийся луч не выпускал свою жертву. Тогда змея мгновенно сократилась, упала на свою клетку!… Нет! Она не успела отступить! Трехметровый кусок ее черного тела, отрезанный магическим лучом, рухнул на доски помоста и принялся извиваться в неких жутких конвульсиях, резкими толчками передвигаясь то в сторону одного мага, то в сторону другого!
Эта борьба за часть магической Силы, вырванной из кокона Цзя Лянь-бяо, продолжалась несколько секунд, и вдруг, темный, переставший быть частью змеи сгусток приподнялся над помостом и буквально метнулся к Цзя Шуну. В следующее мгновение он растворился в коконе долговязого мага, и одна из лежащих на земле темных накидок вдруг поднялась и выпрямилась.