Перед его глазами до сих пор стояло пламя, которым они сожгли замок их императора. Конечно же, вместе с ним и его семейкой. Больше они никого не смогут сделать своими рабами и заставить работать в своих каменоломнях.
Для всех он был героем того похода, неоднократно раненным в жестоких боях. О зверствах, учинённых при этом, разумеется, никому не рассказали. Возможно, даже сам Король был не в курсе – лично в освобождении он участия не принимал, хоть и торжественно скакал впереди колонны назад, словно он бросался в бой самый первый и уходил самый последний…
Ага, конечно. Но зато Король на обратном пути героически подобрал того умалишённого мальчишку, чудом выжившего в плену у…
И тут в дверь постучали.
Он почувствовал, как жена вздрогнула.
- Кого это там принесло в такую ночь? – взволнованно спросила Майя, сжимая плечи мужа гораздо крепче, чем секунду назад.
- Я открою, - проворчал Майер и медленно поднялся, отчего в колене у него заныло. Да, поднятие тяжестей в молодости давало о себе знать всё чаще. - Кто там, чёрт бы вас побрал? – прокричал он и похромал к двери.
В дверь постучали ещё раз, теперь уже более взволнованно и часто.
Скрипнув засовом, Майер открыл не только дверь, но и свой рот, ибо он наполнился удивлением: на пороге стояла Гретта, их соседка. Её можно было узнать сразу, пусть она была одета в плащ с капюшоном и сапоги. Стало понятно, что Гретта крайне взволнована.
- Что стряслось? – спросил Майер, отстраняясь от прохода, как бы приглашая соседку в дом. Та быстро вошла, её била мелкая дрожь.
- Фредерик пропал, - ответила она дрожащим голосом. – Он пошёл искать Патрицию,
та убежала, ну она как всегда стала расспрашивать, а я не сдержалась и… и…
- Стой, подожди, - оборвал её Майер. В то же время к ней спешно подошла и Майя, взяв за руки. – Фредерик пропал?!
- Ну да, - нетерпеливо бросила Гретта. – Он ушёл искать Патрицию, которая убежала ещё вечером из дома. И до сих пор они не вернулись. И я не знаю, что делать и куда идти.
- Так, всё это мне не нравится, - промолвил Майер, однако его голос вновь стал тем, которым он отдавал приказы двадцать лет назад: полным решимости. – Ты хотя бы знаешь, в какую сторону он ушёл?
- Нет! Я понятия не имею! – крикнула Гретта и разрыдалась. Майя стала стягивать с неё плащ.
Майер молча пошёл подошёл к деревянному шкафу, грузно переваливаясь: он всегда был крупным, а после списания из войск ещё набрал прилично. Однако это ничуть не ослабило его боевой характер. Ветеран снял плащ с вешалки и стал натягивать его на себя.
- Ты куда это собрался?! – встревожено воскликнула Майя, прижав к груди плащ Гретты, что ещё держала в руках.
Майер окинул женщин хмурым взглядом, а потом поднял с пола стеклянный фонарь, всё время стоявший в углу.
- Принеси мне свечу, зажгу его, - тихо, но отчётливо произнёс старик.
- Ты куда собрался?! – повторила Майя. Теперь почти крикнула. И тут же испугалась ещё сильнее, чем секунду назад. Но уже не за него, а за себя.
В этот же момент она увидела, как её супруг ещё больше помрачнел, просто налился печалью напополам со свирепостью, и подумала, что он не на шутку разозлился. Как тогда, двадцать лет назад, когда он вернулся из похода, а она развлекалась с соседским мальчишкой. Лупил он её нещадно, просто вбивал её голову в пол, но она всё-таки чудом выжила и даже не стала калекой. Что сказать, старая закалка.
Но он её не бросил, видимо, всё-таки очень любил, поэтому не убил и простил её слабохарактерность и слабую волю. Или были какие-то иные причины, о которых она не знала.
Но в этот раз её муженёк не стал её лупить, даже не стал орать. Просто глубоко задышал, тревожно стреляя глазами по сторонам.
- Я чувствую, - произнёс Майер и тяжело вздохнул. Свободной рукой он провёл по лицу, как будто вытирая его от пота. – Чувствую ещё со времён войны всякое дерьмо, всякие нехорошие вещи. И знаешь, дорогая, сейчас именно тот момент. Я чувствую с начала этой грозы, что у нас в стране снова назревает что-то такое…
- Война?! – перебила Майя. Она была очень бледна, лампа отбрасывала на её лицо зловещие блики.