— Держись крепче! — велела она.
Тимара еще бежала. Синтара кинулась за ней.
И тут ударила волна.
Это была не просто вода. Ее сила выворачивала со дна валуны и обдирала с берега песок. Старые топляки мешались с только что вырванными из земли деревьями. Синтару сбило с ног и протащило вперед. Бревно ударило по ребрам, опрокинув ее набок. Пенящаяся вода неуклонно волокла ее вниз по течению и на какой-то миг захлестнула драконицу с головой. Она решительно поплыла туда, где, как она надеялась, должны были остаться поверхность и берег. Кругом царил хаос, вода и тьма. Драконы, люди, лодки, бревна и камни смешались в потоке. Синтаре удалось высунуть голову из воды, но мир вокруг осмысленнее не стал. Она кружилась в течении, отчаянно плеща лапами. Берега видно не было. Река вокруг текла белизной под ночным небом. Драконица мельком заметила огни «Смоляного», увидела пустую лодку, застрявшую в густых ветвях упавшего дерева. Громадное бревно, послужившее сегодня основой для костра, проплыло мимо, все еще дымясь и мерцая угольями.
— Тимара! — услышала драконица крик Элис и только тогда поняла, что та все еще держится за ее крылья. — Спаси ее! Смотри, Синтара, вон она! Вон там! Там!
Синтара сперва не заметила девчонку, но все же разглядела. Та пыталась высвободиться из путаницы вырванных с корнем кустов, за которые зацепилась одеждой. Еще немного, и они начнут тонуть и утянут ее за собой на глубину.
— Глупые люди! — взревела Синтара.
Она рванулась к Тимаре, но тут в нее врезался Ранкулос, которого проносило мимо течением. Когда драконица опомнилась и поглядела на спутанные кусты, девчонки там уже не было. Слишком поздно.
— Тимара! Тимара! — надрывалась Элис, но в ее голосе не слышалось надежды.
— В какой стороне берег? — зарычала на нее Синтара.
— Не знаю! — выкрикнула в ответ женщина, но тут же исправилась: — Вон там! Туда. Плыви в ту сторону.
Трясущейся рукой Элис указала направление, в котором они и так уже двигались. Приободрившись, драконица принялась грести сильнее. Конечно, ей не удастся залезть на дерево, чтобы отсидеться там, зато она сможет вклиниться между парой стволов и переждать, пока не схлынет вода.
— Вон там! Туда! — снова закричала Элис.
Но указывала она не на берег, а на маленькое, белеющее в воде запрокинутое лицо. Тимара тянула к ним руки.
— Пожалуйста! — закричала она.
Синтара опустила голову и вырвала свою хранительницу из речной хватки.
— Моя! — с вызовом протрубила она, не выпуская из пасти Тимару. — Моя!
Послание от торговца Корума Финбока из торговцев Удачного, в котором он по просьбе торговцев Мельдара и Кинкаррона присоединяется к их запросу о судьбе Элис Кинкаррон-Финбок и Седрика Мельдара, ушедших на живом баркасе «Смоляной».
Детози, пара слов от меня. Семейства Седрика Мельдара и Элис Финбок просто вне себя. И те и другие уверяют, что эти двое никогда по доброй воле не отправились бы в поход, который может затянуться на долгие месяцы. Муж Элис Финбок сейчас в длительной деловой поездке, однако ее свекра убедили пустить в ход свое немалое состояние, чтобы выяснить как можно больше подробностей. Если ты знакома с кем-нибудь, способным быстро подняться вверх по реке, прихватив с собой пару почтовых голубей, он мог бы заработать на этом существенное вознаграждение.
Глава 5
БЕЛЫЙ РАЗЛИВ
Руки Лефтрина сомкнулись на горле Джесса. Охотник осыпал капитана градом ударов; тому даже показалось, что ребра треснули, а во рту стоял вкус крови с разбитых губ, но хватку он не ослабил. Теперь это лишь вопрос времени. Если он сможет душить врага достаточно долго, удары прекратятся. Они уже понемногу теряли силу, а когда Джесс обеими руками потянулся к запястьям капитана, Лефтрин понял, что ждать осталось уже недолго. Охотник царапал ему предплечья, однако эти руки защищала не только чешуя, но и жесткость, приобретенная из-за частых погружений в речную воду. Загрубевшая кожа не поддавалась ногтям Джесса. Лефтрин не видел его лица, но знал, что глаза охотника уже наверняка выпучены. Он усилил нажим, представляя, как язык врага постепенно вываливается изо рта.
Вокруг противников бушевал ветер, хлестал черный дождь. Либо серебряный не стал доедать оленя, либо снотворное на него не подействовало. Он неуклюже скакал вокруг людей, горестно трубя. Лефтрин не беспокоился о том, что на этот шум могут сбежаться хранители. Если они появятся, он покажет им ножи Джесса и скажет, что просто защищал дракона.