Впрочем, прошли почти сутки с ее отравления… Не-Рагнит скривилась: и от обращения, и от шума.
— Где целитель? — проворчала она, массируя висок в бесполезной попытке избавиться от боли.
Последние сутки она провела в бреду, в ловушке чужих воспоминаний, но точно помнила целителя, который несколько раз спаивал ей горькие снадобья. Ему и горечи она бы обрадовалась куда больше, означай это избавление от головной боли.
Алхимик немного стушевался, глупо захлопал аметистовыми глазами и только разомкнул мясистые крупные губы, как тут же захлопнул рот и нахмурил седые широкие брови.
— Где целитель?! — гневно вопросил он, оборачиваясь на коридор, из которого пришел. Что-то ответил тихий голос, слишком приглушенно и далеко для сидевшей в центре спальни Рагнит, и он с виноватым видом уставился на герцогиню. — Скоро будет, ваша милость, — пролепетал пожилой мужчина, лет шестидесяти, не меньше.
Она тихо застонала, откинувшись затылком на кресло и зажмурившись. Ее уже мутило от этой боли, но более — от ситуации.
Попаданка.
Она попаданка.
Какой смехотворный извращенный кошмар.
— Что за яд? — спросила она, на самом деле не питая особого любопытства: догадывалась.
Точного названия не помнила, но в книге что-то такое читала. Да и воспоминания Рагнит слишком ярко стояли перед глазами, как длинное документальное кино.
Чрезмерно подробное.
…Хотя она не совсем честна даже сама с собой: любопытство — самую малость, — присутствовало, ведь присутствовало и несоответствие! В книге Рагнит узнала о яде заранее, у нее все-таки имелся дегустатор, и не отравилась. Напротив, нашла негодяйку — одну из любовниц мужа, — и по закону призвала к ответственности.
— Драконья погибель, герцогиня, весьма редкий и дорогой яд… ваш Поверенный уже написал письмо герцогу Мораг, — выпалил алхимик, спеша и почти проглатывая окончания слов, будто боясь, что она сейчас перебьет его или вовсе выгонит.
Она чуть скривилась от еще одного укола боли и вздохнула.
Герцог Мораг.
Отец.
Хорошо, что отношения в семье Мораг напоминали холодный нейтралитет: абсолютное равнодушие и отсутствие интереса друг к другу, пока каждый выполняет свои обязанности как должно. Писала ли ему вообще Рагнит после свадьбы год назад? Она такого не помнила, а значит — такого и не было: сейчас она помнила всё, что Рагнит делала и сделает в будущем.
А она — сделает?
Конечно, нет. С мужем ей не повезло, но со статусом и богатством? Вполне. Даже наличие сына-грудничка не печалило, учитывая сколько в особняке прислуги и нянек. Ей бы даже могло понравиться это попаданство, верно?.. Будь всё так просто.
Обязанности герцогини — еще и герцога, уже две недели как отправившегося на войну, — лежат на ее плечах. Вместе с богатством и телом Рагнит она унаследовала и ее долг, и работу ее мужа. Уж она-то знала, что Джоселин Финварра не вернется раньше пятилетия собственного сына! Если, конечно, всё пойдет по написанному в книге и увиденному ей в грядущем Рагнит…
Все-таки: жестокая это шутка местной богини Калех или какой-то сбой? Если сбой — в мироздании или ее собственном мозгу?
Алхимик по-прежнему мялся у распахнутых дверей, дожидаясь от нее хоть какой-то реакции, и она вздохнула… в который раз? Пока он здесь, самозабвенно предаться рефлексии и саморефлексии не получится.
— Позови служанок, я хочу принять ванну, — махнула она рукой, никак не отреагировав на прошлую реплику, больше погружаясь в то, что будет делать теперь.
Кроме принятия ванны, естественно.
Алхимик развернулся на пятках, очень быстро покидая комнату. Не прошло и пары секунд, как вошла худая высокая девушка в черном платье чуть выше щиколотки и белом переднике. Ее густые каштановые волосы оказались собраны в низкий пучок, убраны с лица белым чепчиком, открывая грубоватые квадратные черты и смуглую чистую кожу… с которой так сильно контрастировали необыкновенные розовые глаза.
Келли.
Хотела она того или нет, но имя верной личной служанки Рагнит имелось в ее голове. Она сразу узнала обладательницу имени и… и она узнает любых других людей из окружения Рагнит — просто потому, что знала их через воспоминания герцогини. Удачно, что у нее есть эти знания и не нужно разыгрывать амнезию, но, честное слово, удача и удобство так мизерны по сравнению с тем, что она не жаждала, не молила о попаданстве. Ни в Рагнит, ни в кого-либо еще!
Молчаливая Келли сопроводила ее в ванную (через дверь от спальни, не требовалось даже выходить в коридор) и принялась за приготовление ванны, пока она сама на автомате зашла за ширму и принялась стягивать одежду. Мысли тем временем расплывались, терялись в своих и чужих воспоминаниях, и приходилось концентрироваться, чтобы не упустить нить. Сперва нужно понять, что дальше… делать?