— Ширхаб, — резюмировал Кай. — Почему, если она так страдает из-за своего менестреля, не вернет его?!
Никто не ответил, да вопрос и не требовал ответа. Воистину королевское упрямство Суардисов уже под тысячу лет служило неиссякаемой темой народному творчеству.
— Ослица, — пробормотал Кай, отвечая сам себе. — Энрике! Ты знаешь, где он?
«Знаешь», — усмехнулся Дюбрайн так, словно только этого и дожидался. Впрочем, примерно это Энрике и подозревал, когда по его поручению посылал своих лучших людей выслеживать мастера теней.
— Да, — озвучил он.
— Так пойди и приведи его!
— Так точно, ваше величество. — Капитан склонил голову.
— Ширхаб нюхай эти все… — еще тише буркнул Каетано.
«Старый город, таверна «Полтора порося», и поспеши, Бастерхази уже знает, где мальчишка. А мне не хотелось бы вмешиваться самому».
— Разрешите исполнять?
Альгредо с Бертраном вскинулись на его тон, полковник хотел что-то спросить, но не успел. Расценив моргание короля как разрешение, Энрике уже помчался в конюшню, на бегу выслушивая инструкции от Дюбрайна: как всегда, Длинные Уши императора имели свой план, и как всегда, Энрике с удовольствием участвовал в игре. В опасной игре. Но что за жизнь без азарта?
Исследования, направленные на обретение физического бессмертия отдельно от достижения духовного совершенства, определяемого как категория зеро, велись на протяжении тысячелетий. В основном обрести физическое бессмертие стремились бездарные либо слабо одаренные, завидующие силе и долголетию шеров прим и зеро, но не способные понять неразрывную зависимость между силой духа, силой магии и долголетием.
Как следствие, данные исследования не приносили сколько-нибудь значительных плодов, если не считать нескольких видов волшебных существ, самыми жизнеспособными и широко известными из которых являются вампиры. Будучи магомодифицированными потомками темных шеров, вампиры сохранили отдельные их способности. Так то: возможность подпитки эмоциями нижнего спектра, способность ментального влияния на людей и животных, способность становиться невидимыми. Также вампирам свойственна усиленная регенерация, чрезвычайно долгий срок существования, ночное зрение и способность частичной трансформации: выращивание третьей пары конечностей (крыльев) на физическом уровне.
Тем не менее, вампиры потеряли право называться людьми, шерами либо ире, так как за физическую силу, регенерацию и прочие способности заплатили возможностью естественного размножения, человеческим разумом и духовным бессмертием. Для продолжения рода вампирам требуются человеческие либо ирийские женщины, непременно одаренные, и множество малоаппетитных ритуалов. Отчасти их способ размножения схож с способом химер, когда живая кобыла вынашивает единственного жеребенка от кошмара, отдавая ему все жизненные силы. Сам вампир тоже отчасти схож с химерой: наполовину метафизическое существо, мыслящее совершенно иначе, нежели человек, и подчиняющееся ровно двум чувствам. Голоду и страху.
Т.ш. Тхемши, «Нежитиеведение», учебник для 2 курса Магадемии
3 день журавля
Рональд шер Бастерхази
Прохожие шарахались из-под копыт. Вслед двум ненормальным, несущимся во весь опор, летели проклятия. В крови Роне бурлило предвкушение, запах добычи уже щекотал ноздри. Только бы успеть, обогнать сегодняшнее невезение, поймать Хиссово отродье. Но Двуединым не надоело шутить: от таверны «Полтора порося» за квартал разило тоской и Драконьей кровью. Какой-то светлый шер немалой категории, шис знает откуда взявшийся в Суарде, изволил предаваться печали под песни менестрелей: проникновенный баритон и гитарные переборы слышны были из открытой двери.
Пел наверняка мастер теней: пепельная гончая подвывала в своем фиале, чуя дичь так близко. Какого шиса мальчишка, вместо того чтобы бежать к хмирской границе, распевает баллады по дешевым харчевням, Роне пока не интересовало. Сначала — поймать и доставить в лабораторию.
— Стой! — велел Роне однорукому убийце за два дома до цели и указал на подворотню.
Тот повиновался, не задавая лишних вопросов. А сам Роне сосредоточился на таверне: незнакомый дом, незнакомые люди, ни одного зеркала… Что ж, стеклянная бутыль тоже может послужить магистру. Был бы трактирщик не таким неряхой, она бы послужила куда лучше. Пока же Роне пытался настроиться на подобие зеркала и невольно слушал песню.