Каждую смену дня и ночи золотой дракон терял своё благодушие и приветливость. Теперь его не заботила устланная мягкими коврами комната, угодливые слуги, вид из окна сотого этажа на маленькое море бегущих по своим делам смертных. Лишь золотые украшения привлекали его внимание. Бог-зверь подходил к ним, нежно касался и на мгновение его лицо наполняло спокойствие. Чем дальше, тем меньше это помогало.
Фоун нагрубил золотому дракону и тот поместил его в свою книгу. Воин, ставший джином, духом-заложником предмета, хотел избежать боли от регулярного наказания бога-зверя и всеми способами пытался угодить своему пленителю. Результат окупился. Фоуну часто дозволялось выходить наружу, подыматься тонкой струйкой дыма над страницей. Слишком выделяться воин клана Ралго не любил. Не только из-за того, что можно было получить удар от пленителя. Бытие духа в нулевом мире было не самым приятным. Часть Фоуна хотел посмотреть на окружающий мир, а друга содрогалась от холода и у говаривала поскорее вернуться внутрь страницы. Как дух, воин клана Ралго был не слишком силён. Его мнимое тело растекалось туманом, капля за каплей теряя силу.
«Я потомок богов-воинов! — кричал в своих мыслях Фоун. — Тупая ящерица, однажды я раскрою твой череп и сделаю из него сортир!»
В комнату бога-зверя осторожно постучали. Один из верхушки клана Золотого дракона вошел не дожидаясь ответа Золотого дракона. Седой мужчина в морщинах стоял согнувшись в полупоклоне.
— Господин, пришёл ответ от Торгового союза, — проговорил посетитель.
«Вот! Еще одна его блажь, — недовольно ворчал про себя Фоун. — Никому не говорит своё имя. Благосклонно велит называть его господином. Задавака!»
— Какое решение они приняли? — степенно проговорил бог-зверь.
— Письмо содержит очень вежливый… отказ.
Заминка в докладе седого мужчины не ускользнула от внимания Фоуна.
«Они уже и сами не рады такой помощи, — воин клана Ралго был готов расхохотаться, но держал себя в руках. — Интересно, как поступит эта ящерица?»
Бог-зверь повернулся. На его лице виднелось недовольство. Он задумчиво смотрел на склонившегося перед ним родича.
— Есть еще кое-что, — добавил мужчина, не разгибаясь. — Нам передали сообщение. Потомок наших врагов смог выжить. Он нашел приют в клане Зендэ.
— У этих слабаков? — на лице молодого бога-зверя отразился всплеск радости. — Отлично. Они станут хорошим примером для Торгового союза. Прикажи всем собираться. Тем, кто смеет укрывать моих врагов, нужно быть готовым к последствиям.
— Господин, вы!.. — мужчина резко поднял голову. На его лице отразились ужас и неверие. Он хотел что-то сказать, но в итоге лишь сжал губы и снова поклонился под взглядом бога-зверя. — Ка прикажете.
Фоун хотел хлопать в ладоши от радости. Золотой дракон собирался развязать войну между кланами малого круга. Такого давно не случалось.
«Надеюсь, твою блестящую шкурку хорошенько продырявят, ящерица! — злорадно думал Фоун. — И если представится возможность, я и сам буду не против кинуть в тебя камень-другой.»
Глава 7 В тёмной глади небес прорастает бутон
Инк погрузил сознание в листы с наследием нулевого мира. Ему стоило больших трудов поглотить все знания о тонких телах. Даже сейчас он не мог ухватить последний блок информации — он оказался слишком большим. Настолько огромным, что грозил разрушить светоч. Инк имел опыт поглощения знаний из гримуара архидемона, и это был достаточно удобный способ. Каждый блок информации имел своё небольшое описание, но с наследием всё обстояло иначе. Каждый блок нужно было поглощать целиком, от начала до конца, иначе в разуме оставалась лишь неструктурированная информация. Откусывая от бутерброда человек не должен быть слишком жадным. Попытка проглотить слишком много может обернуться неприятными ощущениями. Жадные столкнуться с тем, что кусок просто встанет в горле, вызывая удушье.
Когда Инк пытался поглотить последний блок информации по сайрен сильно пострадал, но в то же время понимал насколько далеко находится от возможности съесть эту часть разом. Если начальные блоки походили на небольшие канапе, а средние на половинки бутерброда, то финальный был полноценной булкой хлеба. Такой можно съесть только по кусочкам, но эта возможность не предусматривалась. Попытка запихнуть всё это в себя приведёт только к разрыву рта. Даже крайне жадный человек не сможет проглотить эту часть. На каждом листе с нанесёнными от руки описаниями пыток имелись особые метки, как только каждой из них коснуться частью светоча, можно было попасть в специальное пространство. Там, в темноте искусственного микрокосма предмета (Инк решил называть эту область по аналогии со своим пространством разума), находилось скопление символов. Прикосновение к нему вызывало вибрацию светоча. Достигая основной области сознания она создавала копию блока информации. Как только дублирование завершалось, начинался процесс поглощения знаний.