Я подумал о драконьем пламени, что затаилось внутри с тех пор, как попрощался с Галиусом. Огонь вспыхнул внутри и накалил кисти рук, сжигая лиановые верёвки. Они обожглись в нескольких местах и упали на доски под ногами. Я переступил связку и приступил к делу. Ладони сжали толстые тросы по бокам, и с ними случилось то же самое, что и с прошлой преградой.
В один миг все расслабленно переправлялись на противоположную сторону диких земель, в другой – все падают. Не каждый успел вскрикнуть сразу, многие даже не поняли, что происходит.
Разумеется, я успел ухватиться за одну из досок и без дальнейших промедлений устремился, словно на какой-то тарзанке, вниз. В свободное падение. Хотя в конечном итоге ожидало не мягкое падение. Даже для меня. Поскольку направлялся прямиком в скалу. Однако мне не на что жаловаться, я то выживу и заодно убью одним выстрелом всех зайцев поблизости…
Все дико и испуганно завопили. Былая уверенность в собственной участи исчезла. Осталась лишь детская невинность, смешанная с безумным, всепоглощающим ужасом необратимой смерти.
Убийца моего дракона, словно в замедленном времени пролетела мимо меня. Капюшон снова слетел и обнажил её пышную белокурую копну волос. Последние бурно развивались на ветру и едва давали шанс распознать лицо своей хозяйки.
“Ну и пусть” – подумал я.
Крепче будет сон, если не увижу последний взор своей жертвы. Но вселенная не была столь благосклонна ко мне. Быстрый поток воздуха отбросил все пряди назад, открывая полностью лицо, а вместе с ним и её глаза, чистого малахитового цвета, который насыщается магией в лучах яркого солнечного света.
Я понимаю, почему Дарий поддался её очарованию. Её взгляд и впрямь казался невинным и добрым. Но я то знаю, как всё было на самом деле. Она сама созналась. Она убийца, а я не могу проигнорировать это. А как же по-другому?! Прочувствовать всё на себе с самого начала… Без шанса на помощь…Тем не менее Талия не пожелала так просто сдаваться и ухватилась за мою руку.
От неё я другого и не ожидал. Такие, как она, только кажутся беспомощными, но в важный момент пойдут по трупам, если понадобится. Они боятся своей смерти, но при этом не чураются содействовать чужой.
Я ещё крепче сжал доску левой рукой, поскольку одно дело держать себя, а другое – уже оба тела.
- Не отпускай мою руку! Не вздумай! Не отпускай! Пожалуйста… - стала молить о пощаде ненавистная мне Драконья Жрица, будто по взгляду поняла о моих намерениях.
Хотя, какая же с неё Драконья Жрица, если она убивает драконов? Она просто шарлатанка, которая недостойна этого звания.
Горящий ужас в её глазах должен был приносить мне наслаждение, но всё же этого не случилось. В них было что-то ещё.
Зрачки до безумия расширились, глядя на меня. Словно она только поняла, кто всему виной. Но при этом она не могла разжать руки, сжимающие мою ладонь.
Нет. Конечно же, нет…
Её взгляд налился слезами.
О чём же ты сожалеешь, истребительница драконов?!
Ответ не сразу пришёл мне на ум, поскольку всем телом врезался в соседнюю скалу, где был закреплён мост у самой верхушки.
Я недовольно закряхтел из-за саднящего бока, однако о боли позабыл сразу, когда Талия с новой силой завопила:
- Не отпускай! Только не отпускай!
Её руки настолько крепко сжимали мою, что я был удивлён, коей силой её маленькое тельце обладает.
Я снова взглянул в налитые горестной влагой глаза и будто проник вглубь её сознания. Излучающее всеобъемлющий страх лицо сменилось другим. Менее зрелым.
Торчащие во все стороны курчавые золотистые пряди. Крохотный, в виде кнопки, носик. Губки бантиком. Пухленькие щёчки. Любознательные широко раскрытые глазки такого же цвета, как и у противницы…
Послышался детский весёлый вскрик и мелодичный смех. Последний, словно мягким звоном колокольчиков, коснулся моего сердца. Такой радостный, заразительный и беззаботный…
Маленькая девочка смотрела на меня через глаза убийцы. Наивно и любяще. Я не знаю, кто она такая и кем приходится ненавистной мне женщине, но был уверен наверняка, она больше не сможет так радоваться жизни, если всё-таки совершу задуманное…