Зал молчал, пока все обрабатывали её предложения. Некоторые драконы смотрели с откровенной враждебностью, другие — с расчётливым интересом.
Наконец, Моргоуз заговорил.
— Интересные предложения, — медленно сказал он. — Но почему люди примут компромисс, когда победа возможна? Почему повстанцы положат оружие при частичных уступках?
— Потому что победа невозможна, — твёрдо ответила Елена. — Даже если повстанцы победят временно, они не смогут поддерживать управление без драконьей магии, защиты, опыта. В долгосрочной, обе стороны теряют.
Она сделала паузу, собираясь с мыслями.
— Кроме того, у меня есть информация об иностранных державах, поддерживающих восстание, — добавила она. — Державы, которые хотят ослабить королевство, использовать разделения после победы. Повстанцы сами марионетки, не подозревающие о настоящей угрозе.
Это вызвало волну волнения среди драконов. Иностранное вмешательство была угроза, которую они не всерьёзно рассматривали.
— Если это истинно, меняет всё, — заметил один из советников.
— Мне нужны доказательства, — потребовал Моргоуз.
Елена предоставила подробную разведданную, которую дал ей Валериус об иностранных спонсорах, секретных договорах, планируемых вторжениях после внутренней дестабилизации.
Драконы слушали с растущим беспокойством. Внешняя угроза была серьёзнее, чем внутреннее восстание.
— Это меняет расчёты, — наконец сказал Моргоуз. — Временный компромисс может быть необходимым стратегическим шагом.
Он посмотрел на Елену с новым уважением.
— Ты оказалась ценным активом, продолжил король. — Возможно, более ценным в дипломатической роли, а не шпионской роли.
— Что ты предлагаешь? — спросила Елена.
— Посол. Переговорщик между короной и представителями повстанцев. Способствовать компромиссному соглашению, благоприятному для интересов королевства.
Елена не могла поверить своим ушам. Не наказание, а повышение. Не казнь, а возможность сформировать мир.
— Я принимаю, — сказала она без колебаний.
— Хорошо, — кивнул Моргоуз. — Но понимай это — неудача повлечёт последствия серьёзные. Один шанс доказать, что компромисс выгоден.
После аудиенции Кайрос подошёл к ней.
— Это было впечатляюще, — сказал он с восхищением. — Ты превратила потенциальную катастрофу в возможность.
— У меня была хорошая мотивация, — ответила Елена. — Выживание.
— Всё ещё впечатляюще, — улыбнулся Кайрос. — Возможно, есть надежда для этого королевства после всего.
Елена посмотрела на него, видя нечто за рамками отношений куратора и агента. Может быть, уважение? Что-то больше?
— Мы будем работать вместе? — спросила она.
— Очевидно, — кивнул Кайрос. — В качестве дипломатического советника. Король настоял.
Их глаза встретились, момент понимания прошедший между ними. Это было начало чего-то нового. Партнёрство? Союз?
Только время покажет рассказет. Но впервые с прибытия в этот мир, Елена почувствовала искреннюю надежду. Не просто выживание, но возможность сделать реальную разницу.
Конфликт не был закончен, но путь вперёд проложился. И она была в центре этих событий.
Семь лет службы внезапно почувствовались менее как бремя, больше как возможность.
15 Глава.
Недели, последовавшие за назначением Елены послом, были вихрем дипломатической активности. Она работала днём и ночью с Кайросом, разрабатывая переговорную стратегию, составляя предложения, координируя коммуникации с повстанцами.
Их профессиональное партнёрство постепенно трансформировалось во что-то большее. Долгие часы работы, совместные обеды, обсуждения не только политики, но и философии, жизненного опыта. Елена обнаружила, что Кайрос был не просто компетентным офицером разведки, а глубоко мыслящим индивидуумом с собственными сомнениями о драконьем правлении.
— Ты когда-нибудь задумывался о том, что было бы, если бы люди и драконы правили вместе? — спросила она однажды за ужином.
Кайрос поставил бокал с вином и задумался.
— Многие драконы считают это невозможным, — наконец сказал он. — Мы живём веками, люди — лишь мгновения. Наши масштабы времени, мышления различаются. Но я… я видел, что некоторые человеческие идеи имеют достоинство.
— Какие идеи?
— Представительство, справедливость, право на апелляцию, — перечислил он. — Наши законы эффективны, но не всегда справедливы. Возможно, человеческий подход мог бы их улучшить.
Елена почувствовала тепло в груди. Она начала видеть в нём не просто куратора, а потенциального союзника в создании лучшего мира.