Выбрать главу

— Как звали того человека?

— Приходил слуга. Он был в домотканой одежде, а не в ливрее, и отказался назвать имя своего господина.

— Что ты ему сказал?

— Я ответил, что не могу продать яд дракона, не посоветовавшись с вами, и что вы, несомненно, предпочтете иметь дело с господином, а не со слугой. Он обещал вернуться позднее.

— Прекрасно! Когда он придет, я хочу с ним поговорить.

Тириф поклонился.

— Как скажете. Благодарю вас, милорд.

Довольный Арлиан покинул комнату Тирифа. Наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. После стольких лет ожидания он ступил на дорогу мести. Арлиан понимал, что ему предстоит еще не раз сворачивать с нее в сторону, но не сомневался, что направление выбрано правильно. Приближается день, когда лорд Дракон заплатит за свои преступления, а Конфетка получит свободу.

Или день, когда Арлиан погибнет от рук одного из своих врагов. Шансы наказать всех, людей и драконов, и остаться в живых по-прежнему были невелики.

Как странно, подумал Арлиан, даже мысль о возможной смерти не омрачает радости от сознания, что он приближается к поставленной цели.

Впрочем, никому не дано знать, что ждет его впереди.

Следующие несколько часов Арлиан занимался самыми разными делами — вел переговоры со своими агентами, как из Аритейна, так и местными, подсчитывал вложенные средства и прибыль, обсуждал с Вороном новых слуг, которых они наконец могли нанять на длительный срок.

Маленькие волшебные трюки, в огромных количествах привезенные из Аритейна и показанные на вчерашнем балу, продавались по фантастическим ценам. Арлиан и раньше знал, что так будет, но реальность превзошла даже самые оптимистические ожидания. Он сидел в своем кабинете и с откровенным изумлением подсчитывал прибыль, когда в дверь постучал слуга.

— К вам посетитель, милорд.

Арлиан поднял голову и внутренне улыбнулся. Пришел человек, который хочет купить яд дракона. У Арлиана и аритеян его, конечно, не было — все волшебство они привезли из Аритейна, где никогда не видывали драконов. Однако он не собирался в этом признаваться.

— Пусть войдет, — сказал Арлиан.

Он повернулся к двери, но вставать не стал; лорду не положено встречать слугу.

Но когда дверь распахнулась, Арлиан непроизвольно вскочил на ноги. Его посетителя никак нельзя было принять за слугу.

Гость лорда Обсидиана был ростом немногим ниже среднего, к тому же слегка сутулился. Худощавое морщинистое лицо, роскошная грива седых волос, небрежно собранных на затылке в хвост, — ни ремесленники, ни аристократы не носили таких причесок. И хотя его внешность не производила особого впечатления, этот человек явно не принадлежал к сословию слуг.

А вот его облачение поражало с первого взгляда — зеленый шелковый камзол, расшитый золотой нитью, воротник и рукава украшают кружева и жемчуг. На ремне из черной кожи висит шпага, на ножнах сверкают изумруды. Рукоять шпаги, оправленная в серебро и жемчуг, расположена справа — очевидно, седовласый незнакомец — левша. Такое оружие может принадлежать только аристократу.

Впрочем, Арлиан не обратил особого внимания на внешний вид гостя: он не мог отвести взгляда от его блестящих зеленых глаз, которые пристально смотрели на нового хозяина Старого Дворца.

— Лорд Уитер, — объявил слуга, оставшийся стоять у порога.

Арлиана так поразил незнакомец, что он забыл о слуге. Он собрался отослать его, но потом передумал.

Лорду Уитеру следовало оставить свою шпагу у входа, уходя, он получил бы ее обратно. Входить в дом другого лорда с оружием в руках — в особенности если хозяин безоружен — не принято.

Глядя в зеленые, глубоко запавшие глаза гостя, Арлиан вдруг понял, что только очень храбрый человек может потребовать от лорда Уитера то, с чем тот не желает расстаться. Арлиан совсем не за это платил своим лакеям.

Он взмахнул рукой, и слуга удалился.

— Добро пожаловать, лорд Уитер, — сказал Арлиан, протягивая руку.

— Лорд Обсидиан, — ответил Уитер, игнорируя протянутую руку.

Его голос оказался неожиданно низким и глубоким. Тут только Арлиан заметил, что правая рука лорда скрючена и гораздо короче левой. Свободные шелковые рукава довольно ловко скрывали недостаток — очевидно, портной позаботился об этом специально.