— …магия, говорю я вам, — сказал один из людей в ливрее лорда Энзита.
— Наверное, так и было, — устало согласился лорд Торибор. — Или он знал, где мы его поджидаем, и попросту объехал вокруг. Может быть, сейчас он уже в Стоунбрейке.
Арлиан повернулся, чтобы посмотреть на вновь прибывших.
— Нам отправиться за ним? — спросил Кулак.
— Не знаю, — ответил Торибор. — Мне нужно посоветоваться с Дришином. А сейчас… хозяин!
Появился хозяин с подносом в руках.
— Эль все еще холодный, — сказал он, — и я не дал вашему ужину остыть, поскорее садитесь за стол.
Арлиан посмотрел на свою пустую кружку. Очевидно, хозяин держал его в глубоком погребе, так что он оставался прохладным, но здесь не пользовались магией, да и ледника не было. Впрочем, напиток оказался вполне приличным, однако стал бы заметно вкуснее, если бы его удалось хорошенько охладить.
Арлиан вдруг вспомнил, что еще три года назад даже не знал вкуса эля, а теперь уверенно судит о его качестве. Он со стуком поставил кружку на стол и огляделся по сторонам.
В зале, который всего несколько минут назад был практически пустым, почти не осталось свободных мест. Торибор и Кулак сидели за одним столом, за соседним устроился Хромой. Все работники постоялого двора — хозяин, его жена и трое молодых людей, его дети или слуги — сновали по залу и разносили эль и жирную ветчину.
Ворон удовлетворенно рыгнул, словно новые порции ветчины напомнили ему о той, что уже успокоилась у него в желудке. Потом наклонился вперед и негромко произнес:
— Я насчитал одиннадцать.
— Однако не все из них могут сражаться, — пробормотал в ответ Арлиан — он заметил среди вражеского отряда юношу и двух женщин, слишком хрупких, чтобы быть стражниками. — Где Дришин?
— Я его не вижу, — вмешалась леди Иней.
— Проклятие! — прорычал Арлиан. — Где он может быть?
И тут дверь в зал распахнулась, вошел стражник, за которым следовал роскошно одетый лорд, держа в руке украшенную перьями шляпу.
— А вот и он, — заметила леди Иней.
Дришин на несколько мгновений задержался на пороге, оглядывая зал. Затем взмахнул шляпой, словно отгоняя неприятный запах, и вошел.
Арлиан почувствовал слабый, сладковатый и очень запоминающийся аромат. Он нахмурился, пытаясь сообразить, откуда знает его.
А потом нахлынули воспоминания — он вваливается в окно Конфетки и оказывается на полу комнаты, пропахшей сильными духами. И в следующий момент после холодной улицы попадает в теплые женские объятия.
Конфетка открыла окно, чтобы проветрить комнату и избавиться от запаха духов лорда — и самого лорда Дришина.
А потом он почувствовал знакомый запах в Мэнфорте, один или два раза — совсем недавно, тогда аромат был едва различимым, когда он смотрел на повешенных в библиотеке Проныру и Искорку.
В Вестгарде он смешался с запахом пудры, одежды и, конечно, духов самой Конфетки, а здесь к нему прибавился аромат эля, хлеба, дыма, мяса и пота, но не узнать его было невозможно.
Воспоминания об улыбающейся Конфетке и ее веселом смехе на несколько мгновений вернули Арлиана в прошлое, но тут же перед его мысленным взором возникло ее бледное застывшее лицо, закрытые глаза и бессильные руки.
Он проводил глазами идущего через зал Дришина и вдруг почувствовал, как в горле у него зарождается злобное рычание.
— Тихо! — зашипела леди Иней.
Арлиан пришел в себя.
— Извините, — прошептал он.
Дришин подошел к столу, за которым сидели Торибор и Кулак, остановился перед ними, те повернулись и смотрели на него. Арлиан попытался расслышать, о чем они говорят.
Сидевший напротив Тириф раздавил в кулаке крошечный голубой камешек, и слух Арлиана неожиданно обострился.
— Я поставил охранные заклинания на дороге, деревьях и вокруг города, — заявил Дришин. — Если в город войдет обладатель сердца дракона, мы сразу узнаем.
Арлиан бросил быстрый взгляд на леди Иней, которая прошептала:
— Мы уже здесь.
— Хорошо, — ответил Торибор. — Присаживайся, милорд, и поешь чего-нибудь. — Он показал на свободный стул.
— В свое время. Сначала я хочу выслушать твои объяснения — почему ловушка не сработала? Неужели наши люди настолько ничего не умеют, что он их заметил и спокойно свернул в сторону?
Торибор покачал головой.
— Нет, — ответил он. — Просто он очень осторожен. Наверняка предвидел, что мы можем устроить ему ловушку, и выбрал другой маршрут.
Дришин нахмурился и поудобнее перехватил шляпу.
— И что ты предлагаешь делать?
— Я не знаю, что мы можем сделать, — пожав плечами, ответил Торибор. — Если у тебя есть идеи, я их с удовольствием выслушаю, но я считаю, что мы его упустили, и теперь дело за Энзитом.
— И тебя не тревожит сложившаяся ситуация? Нас оставили здесь, чтобы мы его прикончили. У нас дюжина солдат — Энзит один.
— Неужели ты думаешь, что он не справится с каким-то молокососом? — Торибор вновь указал на свободный стул. — Присядь и выпей с нами!
— Мне кажется, ты радуешься тому, что сражение не состоялось, — заявил Дришин, продолжая стоять.
— Так и есть — почти. Конечно, хотелось бы с мальчишкой покончить, но у него удача дракона. Вспомни, он убил Клинка и Карувана. И вполне может нанести тебе или мне смертельный удар, прежде чем мы покончим с ним.
— Тебя не беспокоит, что мы не помешали ему продолжить преследование Энзита?
— У Энзита удача дюжины драконов, — ответил Торибор.
— Или мастерство, — возразил Дришин.
— Или мастерство, — не стал спорить Торибор. — А теперь я прошу тебя, милорд, сядь за стол!
Дришин неохотно уступил, обошел стол кругом, бросил свою шляпу и сел.
— Так есть у тебя какие-нибудь предложения, милорд? — спросил Торибор, когда Дришин подозвал служанку.
— Остаться здесь и послать нашего лучшего воина предупредить Энзита, а также оказать ему помощь в сражении с Ланейром.
Кулак посмотрел на Торибора, но Дришин перехватил его взгляд.
— Да, этим человеком будешь ты, — заявил он.
Арлиан незаметно кивнул. Значит, Кулак окажется на дороге в полном одиночестве…
— Ты хочешь послать его одного? — переспросил Торибор. — А что, если Кулак встретится с лордом Ланейром?
Дришин пожал плечами:
— Зачем Ланейру связываться с простым стражником? Насколько мне известно, Кулак умеет быть осторожным и незаметным, да и защитить себя сможет.
— Давай отправим с ним вместе еще кого-нибудь…
— И еще одного, и еще — в конце концов мы все бросимся преследовать нашего убийцу лорда и в результате упустим его окончательно. Один человек перемещается гораздо быстрее, чем несколько.
Торибор нахмурился.
— Пожалуй, ты прав.
— Я с ним справлюсь, — заявил Кулак.
— Именно так рассуждал лорд Клинок, — напомнил Дришин. — А перед ним Каруван. Нет, не следует отказываться от шанса прикончить Ланейра, если таковой представится, но твоя главная задача состоит в том, чтобы предупредить Энзита, а потом вернуться и рассказать нам, что ты заметил на дороге. Один раз мы упустили Ланейра, может быть, теперь нам удастся его догнать.
— Как скажете, милорд, — с поклоном ответил Кулак.
— Может быть, Ланейр прятался в том фургоне? — спросил Торибор.
Дришин поднял руку и показал на Арлиана, который попытался сделать вид, что не обращает на них ни малейшего внимания; Торибор оглянулся, посмотрел на Дришина и пожал плечами.
Дришин наклонился к Торибору и что-то прошептал ему на ухо, даже заклинание Тирифа не помогло Арлиану расслышать его слова. Тогда он повернулся к своему отряду.
— Благодарю, — сказал он Тирифу, и тот вежливо поклонился.
Арлиану хотелось посмотреть на шепчущихся Торибора и Дришина, но он переборол искушение — зачем навлекать на себя лишние подозрения.
— Что ты планируешь? — тихо спросила леди Иней.
— Кулак несколько дней будет один на дороге, — ответил Арлиан. — Я могу догнать его, поговорить, а потом поступлю в соответствии с результатами нашей беседы. Что касается Дришина и Торибора, то они, как и положено лордам, будут спать отдельно — либо у каждого своя комната, либо они ночуют вместе. Мы легко найдем ответ на этот вопрос, поскольку они обязательно оставят перед дверью стражника. Пожалуй, я разделаюсь с ними прямо здесь — за Искорку и Проныру. А вдруг Капля и Цикада тоже где-то неподалеку и я смогу их освободить?