— Я-хе, хе, хе… я-хе не-хе знаю-хе… — наконец он упал на землю и долго не вставал. Спиной он чувствовал прохладу камня… … как в Кастеллвайсе.
Калид прошибло током. Он вскочил на ноги и попытался отдышаться стоя. Колено болело.
— Почему-х у меня не получается-хе! Скажите мне, что я делаю не так!
— Наконец-то ты задал вопрос, — Акнология рассмеялся и подошел к ученику. — Огонь… он как бабочка: стоит его ослабить — улетит, но если сжать сильнее — бабочка погибнет. Есть только один способ покорить огонь. Нужно стать им, нужно чувствовать его, нужно понять, кем ты есть на самом деле. Огонь приносит не только разрушение, огонь дает жизнь, защиту, тепло. Сможешь ли ты повести за собой? Сможешь ли ты добиться признания драконов, Калид? Твой долг? Да, ты платишь долг, помогая людям. Но придя к ним без титулов, имен… будут ли они уважать тебя? Твоя свеча, как и твоя душа всегда должны освещать тебе путь. Если зажжешь огонь слишком сильно, от тебя ничего не останется.
— Так значит… сколько бы я не отвечал… ответа нет? И зажги я свечи, как надо, вы бы заставили меня снова и снова? Получается…
— Господин Калид! Господин Калид! — в коридорах за пределами зала послышался взволнованный голос. Юноша сразу понял, он принадлежал Оливии. Она бежала со всех ног и теперь, войдя в тренировочный зал и поклонившись мужчинам, попыталась отдышаться.
— Что случилось, Оливия?
— Господин-х Калид-х, мг-х, там… Люси-х…то есть… принцесса-х Люси… — прерывисто говорила она. — Успокойся, отдышись и нормально скажи.
— Там… принцесса… — Оливия кивала и пыталась прийти в себя. — После аудиенции она уединилась в покоях и воспретила беспокоить ее по любому поводу. Что мне делать? Уже скоро солнце окончательно сядет, и ваша церемония начнется. Принцессе нужно подготовиться, умыться, поменять платье… Я… я не знаю, что делать!
— Ох, — Калид схватился за голову. — Я надеялся, что более проблем не будет.
— Принцесса Люси из рода Констелло? — переспросил Акнология и, получив утвердительный ответ, задумчиво продолжил: — Сколько же времени прошло… Иди. — Он махнул рукой. — На сегодня тренировка окончена. Я возвращаюсь в Храм. Следующий раз мы встретимся на обряде, ты должен знать ответ на главный вопрос.
— А иначе?
— Ты не пройдешь.
Калид натянул свой камзол, и вместе с Оливией они поспешили к гостье дворца, оставив Акнологию на едине с собой.
***
Когда-то давным-давно вулкан «Идиоктитис» назывался совершенно иначе, но знание сие утрачено, как утрачен и Общий язык, коий дал нынешнее имя потухшему вулкану. Народ Кастеллвайса боялся необузданного огня, ибо верил, что пламя способно лишь на разруху и смерть. И только Этрис, а следом за нею и Дельв обуздали пламя. Они бросились в жерло вулкана, и с тех пор хозяин огненный начал умирать.
И пока он доживал свои лета, томившись в жерле-гробу, кастеллвайцы проводили священный обряд — ритуальное сожжение мертвых. И короли, и простые жители по скончанию прожитых дней, заканчивали путь, как закончили его Дельв и Этрис. И жерло принимало их тела, а пепел забирал ветер.
Однажды вулкан потух, а на месте его вырос замок, принадлежавший людям. И дали имя усопшему «Идиоктитис», что означает «владелец». Люди овладели им и жили в гармонии с природой и собой, а тела умерших сжигали огнем, а пепел отдавали ветру.
Но был Идиоктитис не один: оставил он наследника своего на далекой безлюдной части острова, и назван был тот «Хередис». И говорят, семьдесят лет назад Хередис очнулся от сна, и с тех пор Ореден ждет, когда хозяин огненный проснется, а Этрис падет в жерло вулкана.
Леви МакГарден в Книге семи королевств. Том третий. История и традиции Кастеллвайса.
***
Турнир не прошел даром: наученный лазить по скользким скалам, Калид без труда взобрался по неровному фасаду дворца и беззвучно умастился на подоконнике в покоях принцессы. Он с интересом наблюдал за действом, происходящим внутри комнаты.
Ее Высочество принцесса кастеллвайская стояла на коленях, ее глаза были закрыты, а губы двигались в искренней молитве. Она не знала, что за ней наблюдают, она молилась усердно и непрестанно, словно была сейчас в своей родной капелле.
В сдавленном шепоте сын дракона расслышал два имени: покойного короля Джудо и покойной фрейлины. Люси скорбела, и Калид казалось, силы вот-вот покинут ее, и он был на страже, готовый рысью подхватить ее хрупкое тело в любой момент. Ее щеки покрылись пунцовыми пятнами, но слез уже не было — все выплакала. Она называла себя жалкой и обещала отцу стать сильнее. А Калид видел в ней небывалое мужество, смелость и самоотверженность.