- Лиз? Элизабет?! Помогите! Лиз, на помощь!
Элизабет шла не оборачиваясь. Она не обернулась, даже когда крик затих, словно его обрезали. И казалось уже не важно, правду ли говорит этот зеленый человек с рыжей бородой или все это его больной, безумный бред.
Тропинка завела Элизабет слишком далеко.
Ночь была глухой и темной. Она долго не могла уснуть, слушая, как беспокойно ходит по своей комнате мать. Потом, как говорит с кем-то по телефону, и снова ходит. Один раз приоткрылась дверь – Лиз сразу зажмурила глаза, притворилась спящей. Так и пролежала, прижимаясь щекой к подушке. Старательно не думая о том, что случилось.
Думая о чем угодно.
О том, что на завтрак она не хочет кукурузных хлопьев, а хочет блинчиков, о том, что нужно укоротить белую юбку – подвернуть в поясе пару раз. О том, что скоро в город привезут новый фильм, нужно будет обязательно сходить.
И так – до утра.
На следующее утро город всколыхнуло известие о еще одном исчезновении, и Лиз пришлось объясняться в полиции. Далось ей это, удивительно, без труда и волнения.
Рассказ ее был простым, логичным, а потому не вызвал никаких подозрений.
Что было вечером? Они с Анной немного погуляли и разошлись по домам. Ее подруга торопилась, потому что у нее было назначено свидание, поздно вечером. С кем? Нет, имени Лиз не знает. С кем-то из взрослых мальчиков, потому что они собирались на танцы. Да, если ей вдруг что-то будет известно, она сразу же сообщит!
Наверное, тогда Элизабет и решила, что придет к камню ночью.
Конечно, можно будет остаться дома, лечь спать и уверить себя, что ничего не было. Отец действительно пропал – может быть, сбежал от семьи, такое иногда бывает. Пропадает мужчина или женщина, а через пять лет его находят в соседнем городе, уже с другой семьей…
Анна? Тут все трагичнее, возможно, ее тело по осени в каком-нибудь овраге. К тому времени, от ее красивого лица ничего не останется, конечно.
И Лиз больше никогда не пойдет к реке.
Да, можно и так, но Лиз знала, что эта тайна будет грызть ее до самой смерти. Не угрызения совести, нет, а загадка каменной плиты и человека в зеленом.
Элизабет помешивала молочный коктейль в высоком бокале, сидела прямо - задумчивая, серьезная. Когда поднимала голову – ловила на себе чужие любопытные взгляды.
Ей сочувственно кивали.
А потом к ее столику подошел Алан.
- Лиз? Привет. Можно сесть?
- Привет. Да, садись конечно… Уже слышал?
- Да, весь город на ушах. Два человека за два дня, такого тут никогда не было. Переживаешь?
«Нет».
- Да…
- Послушай… может прогуляемся? Ну не сидеть же тебе весь день одной.
«Спасибо», - мысленно поблагодарила Элизабет неведомо кого, делая вид, что колеблется – принимать или нет предложение Алана.
«Спасибо!»
А потом они гуляли. Говорили про школу, чинно держались на расстоянии, только украдкой, будто случайно, соприкасались пальцами. Потом он попробовал ее мороженное и дал ей откусить свое, и когда они потом торопливо и неумело целовались за кинотеатром, у его губ был ванильный вкус, у ее губ персиковый, а потом вкусы смешались, и это было головокружительно. И страшно, и стыдно… и хорошо.
И Лиз поняла, что никуда не уйдет в полночь. Зачем? Зачем ей какой-то холм, волшебный он или нет, и человек в зеленом. Теперь у нее все хорошо. Нет, лучше, чем хорошо. Теперь у нее все прекрасно.
И она снова целовалась, и на этот раз у нее, кажется, все получалось гораздо лучше.
Алан отстранился, счастливо, довольно улыбаясь. Заправил ей за ухо темную прядь.
- А говорили, что ты не такая!
- Не такая?
Элизабет отстранилась, почувствовав себя вдруг неуютно.
Мусорный бак был переполнен, от него воняло. На асфальте натекла лужа. Рядом лежала дохлая птица. Сойка со сломанным крылом.
Его руки потянулись к ее блузке, расстегивая пуговицы.
- Ну да, знаешь, есть девочки, которые…
- Которые целуются с мальчиками?
- Ну, Лиз, что тут такого? Тебе же понравилось?
Элизабет отстранилась.
Ну да. Только в школе на таких девочек показывали пальцем и называли их… Понятно как называли.
- Ну, не будь такой паинькой. Я никому не скажу, честное слово!
Элизабет взглянула в его глаза и поняла – врет. Скажет. Стоит им сейчас разойтись – тут же найдет мальчишек из своей компании, таких же любителей футбола и обжиманий тайком, и все расскажет. Да еще и наврет всякого. А потом и вся школа узнает – такие сплетни быстро расходятся. И будет она «та самая Лиз».