– А у вас есть повод ей верить? – отозвался герцог.
Нет! Вот что, пожалуй, жгло Энталя сильнее всего. Утраченное доверие. Раньше он жизнь отдал бы, защищая её слово. Верность, честь.
А сейчас, после того, как она нагло лгала ему в лицо, пытаясь выдать своего ребёнка за сына принца, понимал, что больше не может ей верить. Ни в чём. Какими бы чистыми, любимыми глазами она ни смотрела на него.
Сейчас он как последний дурак сходит с ума от ревности. Подозревая её постоянно.
Даже если он смог бы простить измену. Едва ли снова поверил бы.
– Эта женщина недостойна твоей любви, – тихо проговорил Виамис. – Ей нужны были твои деньги, твоё положение. Но не ты сам.
Принц дёрнулся было к другу. После опять развернулся, размашистым шагом двинулся к собственным покоям.
Признавать, что его одурачили и обольстили, было слишком неприятно.
Если так подумать, лекарь очень удачно появился. Как раз за пару месяцев до того, как ребёнка Асинды украли. Ходит к ней один. Магистр Изентин, конечно, уже стар и немощен, и ученику своему доверяет. Но нужно пресечь это безобразие!
Магия искрила, вырываясь. Энталь с трудом сдерживал её. Слишком ценный ресурс, чтобы распалять на банальный гнев. И всё же успокоиться не получалось!
В холле перед собственными покоями принц резко остановился, с гневом рассматривая представшую глазам картину.
Он! Паршивец-мастер! Действительно с его Асиндой! Подходят к двери, мило переговариваясь.
– Ты где была? – холодно вопросил принц, приближаясь.
– Позвольте, я... – начал было мастер Феверн, но принц рявкнул с перекошенным лицом:
– Не позволю! И чтобы я тебя больше не видел рядом с ней! Не смей приближаться, лечить Асинду я дозволяю исключительно магистру Изентину!
Принц выдохнул и добавил тихо:
– Прочь.
Мастер приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, но понял: сейчас принц его точно не услышит. Лишь поклонился. С сожалением глядя, как его высочество тянет испуганную Асинду за локоть в двери.
От касания к её коже через ладонь передавался жар. Наполняя глубоким, неуёмным желанием всё тело.
Распахнув створки магией, принц той же магией изо всей силы захлопнул их за собой.
– Кто тебе разрешал выходить? – рыкнул, разворачивая девушку к себе.
– Никто и не запрещал! – гордо подняла она голову, неожиданно для принца выдернув свою руку.
Смесь боли и ярости затмевала холодный голос разума, который пытался что-то ему донести. В груди билась лишь одна мысль: все, кто говорил ему об Асинде, кого он слушать не желал, заставлял заткнуться и оставить сплетни при себе – все они оказались правы.
Мужчины легко получают доступ в её постель. И лишь он цепляется за былые эмоции, любимый образ.
Зачем-то.
– Смеешь перечить? – Энталь сам ощутил, что глаза застилает мраком. И в них наверняка проявляются драконьи зрачки.
Он чуял своего зверя. Отдалённо, но всё же чуял. И тот тоже смотрел на Асинду, пробуждая животные инстинкты.
– Я не сделала ничего предосудительного! – губы Асинды дрогнули, в глазах блеснули слёзы, но она упрямо тряхнула волосами. – Я старалась помочь... найти...
– В постели с лекарем?
– Да вы свихнулись на постели, ваше высочество! – Асинду словно тоже прорвало.
Раньше она не боялась высказываться. И, похоже, свободолюбивая натура взяла верх.
Это вызывало у принца дикую смесь былого обожания – и вместе с тем глубокого, лютого возмущения.
Да как смеет она так себя вести! Пришла с мольбами, так будь благодарной! Но нет же, перечит, да ещё и ни одного мужика пропустить не может!
– Это моя бывшая невеста свихнулась на желании перепробовать как можно больше мужчин, – холодно отозвался Энталь, через силу усмиряя собственный гнев.
Асинда лишь качнула головой. А после вдруг развернулась и двинулась куда-то вглубь покоев.
– Я узнал версию герцога Гренура, – бросил ей вслед принц.
Асинда на миг замерла. Но даже не оглянулась – просто вышла из прихожей.
Покрутила головой.
– Ищешь кого-то? – в пару шагов нагнал её принц.