- Господин Царкех сообщил, что уже в скором времени тебе можно будет покидать комнату, а прогулки на свежем воздухе очень полезны. Как только тебе станет легче, не окажешь мне честь, прогуляться со мной по вашему прекрасному саду?
Он говорил совершенно безэмоционально, словно заученную фразу и от этого становилось только неприятнее. Могу ли я ему отказать? И если могу, то как это сделать вежливо?
- Понимаю, ты должна спросить разрешение у стража, - он кивнул. - В таком случае, я буду ждать твоего ответа.
- Принцессе пора отдыхать, думаю, ваша встреча произвела на неё неизгладимое впечатление, - сухо сказал старик, с явным намерением выпроваживая жениха. - Вам стоит идти, граф Дайвиш, а я останусь для того, чтобы убедиться, что с вашей невестой всё в порядке.
- Как скажите, - кивнул он старику и в последний раз взглянул на меня. - Скорейшего выздоровления, Омелия. И до скорой встречи.
- Благодарю, - только и могла я сказать ему в ответ.
Как только Дайвиш вышел, я обессиленно опустилась на край кровати. Не сказать, что встреча была ужасной, но было такое ощущение, словно из меня все силы вытянули. Или я так переволновалась?
Лекарь тихо закряхтел и подошёл ко мне, хмуро осматривая. Я чувствовала его недовольство, видела, как он поджимает губы и слушала непонятное бормотание, но у меня не было сил, чтобы обращать на это внимание. Я мысленно вспомнила жениха и до меня только сейчас дошло, что мы практически с ним одного роста, только я на каблуках была чуть выше.
Да и вообще, он выглядел очень юно, а с отсутствием какого-либо выражения на лице больше походил на неживую куклу, которой кто-то мастерски управлял. Мне всё же стоило уже начать хоть что-нибудь узнавать, хоть у той же Лизи, она явно знает много сплетен, а в них, как-никак, но доля правды да должна проскальзывать.
- Это, конечно не моё дело, - всё же подал голос господин Царкех, - но отрекаться от рода совсем не обязательно. Если это такой способ мести отцу, то он очень глупый. Вы ведь знаете, что в случае, если вы станете вдовой, то домой уже не сможете вернуться.
- Вы думаете, что я так скоро стану вдовой? - усмехнулась я.
- Не думаю, но у вашего жениха дурная слава, - старик негодовал, но старался не показывать мне своё недовольство. - Ваш отец будет в бешенстве, хотя, возможно и обрадуется, ведь тогда не будет иметь никаких обязательств перед королём Эйниром. И всё же, ты не подумала о своём страже.
- А что Саес? - напряглась я.
Старик прав, я совершенно не подумала о драконе. Да и если честно, то я не до конца понимала, на что согласилась, но по обыкновению решила выяснить об этом позже.
- Когда подопечный стража проходит отречение от родового имени, то у стража только два пути - отречься от подопечного или отказаться от своего рода тоже и облачиться в чёрное.
- Саес принадлежит к знатному роду? - ахнула и испугалась. Этой информацией должна располагать Омелия, я явно вызвала подозрения.
- Вы, возможно не знали, - после минутного колебания продолжил старик, уже что-то записывая в свой блокнот, - но стражами становятся только те, чьи дома пали. Они могут носить одежду разных цветов, как самые обыкновенные простолюдины, но цвета родов своих помнят и уважают. Цвет рода вашего стража, принцесса, небесно-голубой. Вы не слышали никогда про род Саесов, поэтому не удивительно, что вы восприняли его за обычного...
- Постойте, Саес - это не его имя? - перебила я старика.
- Нет, конечно, - мягко улыбнулся старик, - имена свои стражи не называют никому, а если и называют, то только своему подопечному в момент, когда они становятся равны и страж снимает с себя свои обязанности. Поэтому имени вы и не можете звать, ваша милость. Как зовут Саеса, не знаю даже я, но знала ваша матушка...
- Моя мать? - неуверенно переспросила я, припоминая о том, что где-то читала, в каком-то из писем Омелии, что Саеса к ней приставила её мать.
- Светлая память её милости Ровне из рода Зеффел. Добрейшей была женщина, жаль только, что сама себя и погубила. Но грех вспоминать умерших в день чистой луны. Вы ещё можете отказаться, подумайте хорошенько и обсудите это с вами стражем, принцесса. Такие решения эгоистично принимать в одиночку.
- Хорошо, - пристыженно согласилась я.
Лекарь вновь что-то записал в документах, хотел было ещё что-то сказать, но увидев по моему лицу, какая я уставшая, сообщил о своём уходе и что пришлёт ко мне Лизи, чтобы она помогла мне переодеться.
На пару минут я была предоставлена самой себе, я осторожно сняла венок с головы, покрутив его. Чёрные розы не казались мне жуткими, но они казались мёртвыми, ненастоящими, не живыми, как и мой жених. Что же с ним не так? И почему он отрёкся от своего рода? Зачем ему нужно, чтобы это сделала и я? Саес, должно быть, откажется от меня, как только узнает, что я отрекаюсь от рода Серпенте. Я вспомнила момент в пещере, где я надела юбку голубого цвета. Цвета его дома. Не поэтому ли он меня и спрашивал что-то про её цвет? Он облачил меня в цвет своего рода? Разрешено ли это?