Хотя я не хотела знать. Не сейчас. Сон мне действительно необходим, сказывалась ещё моя бессонная ночь.
Лизи вошла в комнату быстро, я даже не слышала, как она постучала, а может даже и не стучала, начала с порога что-то рассказывать мне будничным голосом, а я даже не слушала, оставив чёрный венок на постели.
- Вы выглядите очень уставшей, - взволновано проговорила Лизи, помогая со шнуровкой корсета. - Господин Царкех говорит, что вам нужен покой и сон. Неужели ваш жених так вас утомил?
- Всё в порядке, просто плохо спала, - отмахнулась я, не желая ничего объяснять.
- Граф Дайвиш немного жуткий, его побаивается вся прислуга, - доверительно говорила мне Лизи, помогая вылезти из пышной юбки. - Даже я его боюсь. У него такой взгляд... как у мёртвого. Поговаривают, что он некромант и из-за того, что он связан с тёмной магией, самой опасной - мёртвой, ему пришлось продать свою душу взамен на силу. Но я вижу, я вас утомила. Погодите ещё немного и сможете отдохнуть.
Я расслабленно закрыла глаза, позволяя Лизи стирать с лица крема, распускать волосы. Я даже не вслушивалась в её болтовню, Лизи как всегда меня убаюкивала своим голосом. Она выказала желание переодеть меня в новую сорочку, в которую были вшиты травы и на подоле вышиты руны. Я не стала спорить. Даже будучи голой перед служанкой, я не чувствовала никакого стеснения. Это ведь Лизи, они не раз меня купала, переодевала и ухаживала за мной. Я уже вытянула руки вперёд, готовая нырнуть с головой в новое одеяние, как дверь резко хлопнула и по комнате пронёсся сдавленный рык.
- Омелия, какого чёрта ты...
Я, будучи полностью обнажённой, повернула голову к вошедшему и так и замерла как вкопанная. Саес тоже замер, бледнея и явно осознавая, что он не вовремя. Второй раз, он видит меня обнажённой второй раз... Да какого лешего? Он отвернулся прежде, чем я успела взвизгнуть, за меня это сделала Лизи, которая тут же впихнула меня в сорочку, осыпая дракона ругательствами на разный лад. Я была с ней полностью согласна. Этот день не мог быть хуже, хотя нет, мог.
- Ты можешь идти, Лизи, - отпустила я служанку.
Та было возмутилась, но поняв, кому собралась перечить и поймав мой пылающий взгляд, поспешила удалиться из комнаты.
- Всё равно там не на что смотреть, - всё же подал признаки жизни Саес, как только за служанкой закрылась дверь.
И зря он это сделал.
- Ах не на что?! - воскликнула я, хватая с кровати подушку и запуская в затылок стражу. - Ещё скажи, что ты в глаза мне смотрел!
- Омелия, ты сама виновата! - он примирительно поднял руки, явно не желая начинать ссору. - Только не злись, а-то тебе плохо ещё станет.
- Ты отвратителен, Саес! - я схватила вторую подушку и отправила её в полёт. - Да какое ты имеешь право врываться вот так в мою комнату? Она моя, не твоя, чтобы ты врывался в неё, когда тебе вздумается! Ты обязан стучать, понимаешь!
- Виноват, - покорно проговорил он, поворачиваясь и ловя третью подушку, которая могла бы попасть ему в голову. Вмиг его лицо стало серьёзным. - Господин Царкех сказал, что ты собралась отречься от рода. Ты ведь это не серьёзно, Омелия?
- А почему бы и нет? - я села на край кровати и схватила в руки венок, сосредоточившись на нём и боясь смотреть на дракона. - Ты можешь отказаться от меня и быть свободным. Я не держу тебя подле меня, моя судьба...
Быть дважды опрокинутой им на собственную кровать не так уж и приятно. Саес скалился в злобе, глаза его полыхали изумрудами, а моё тело вновь пронзила дрожь. Он рванул венок, разрывая подарок Дайвиша. Чёрные лепестки посыпались на кровать и на пол, запутались в локонах моих волос. А я даже не смела перечить этому поступку стража, словно он имел право так поступать.
- Я никогда, слышишь меня, никогда тебя не оставлю, но если ты отречёшься от рода, то запомни, что я не прощу тебе этого и буду ненавидеть тебя вечно.
Я нервно сглотнула и кивнула. То есть, он не собирается от меня отрекаться? Но разве он не хочет свободу, разве ему со мной не в тягость? Они с Омелие друг друга не очень и любят, терпят, можно сказать.
- Я дал клятву твоей матери и я её сдержу, - его лицо стало ещё суровей, а сердце заныло от боли, разбивая на осколки крохотную надежду. Не из-за меня, а из-за клятвы данной другой женщине он будет рядом. Уж лучше бы я обманывалась и дальше.