— Твое стадо? — шепотом переспросил я. — Ты по-прежнему считаешь людей, населяющих эту землю, всего лишь стадом?
— А кем я должен их считать? Да, они — мое стадо, и это заставляет меня о них заботиться. Если олени вымирают, волки вынуждены голодать. Таков закон природы. Если бы не он, у меня не было бы причин тревожиться об участи людского племени.
Я попытался сесть, откинув погребальные пелены и обнажив покрытое ранами и струпьями тело.
— Ты и есть дьявол, верно? — сорвалось с моих туб.
Он протянул руку:
— Приятно познакомиться, особенно если учесть, сколько лет мы знаем друг друга.
Я принял его руку. Что мне оставалось делать? Я был слаб, беспомощен и не способен подняться с грубой каменной плиты, на которой лежал. Влад помог мне встать на ноги.
— Ты можешь считать себя воплощением Бога, но помни, ты всецело в моих руках, — предупредил он.
Вслед за ним я прошел мимо прочих покойников, которым повезло больше моего, и поднялся по ступеням, ведущим в мир.
Конец этой истории вам еще предстоит узнать.
ПИТЕР КРОУТЕР
Последний вампир
Рассказы Питера Кроутера можно встретить в более чем шестидесяти антологиях и журналах, в сборниках «Лучшее за год», посвященных жанрам фэнтези и хоррор, а также в сборниках «Лучшие криминальные и мистические рассказы года». Его тексты трижды номинировались на премию Брэма Стокера и Британскую премию фэнтези.
В 1992 году его рассказы вошли в антологию «Узкие дома» («Narrow Houses»), номинированную на Британскую и Всемирную премии фэнтези. За ними последовали повести «Постучи по дереву» («Touch Wood») и «Голубой мотель» («Blue Mote!»). Затем роман «Посланный Небом» («Heaven Sent»), созданный в соавторстве с Мартином Гринбергом, «Гробницы» («Tombs») и «Ученики Данте» («Dante's Disciples») (оба — в соавторстве с Эдом Крамером) и совсем недавно — «Предназначение» («Destination»), «Неизведанное» («Unknown») и «Своевременные истории» («Tales in Time») (в соавторстве с Джоном Кчутом). Мрачный фантастический роман «Эскарди Гэп» («Escardy Gap») (в соавторстве с Джеймсом Лавгроувом) увидел свет в 1996 году, как и «Лесные муки» («Forest Pains») — книжечка карманного формата, выпущенная издательством «Hipatia press».
Когда после апокалипсиса в город приезжает бродячий театр, меньше всего ожидаешь встретить там вампира…
Звук мотора прорезал вечернюю тишину. Два густых «рррн» нарушили покой сверчков, которые буквально на секунду испуганно смолкли.
Билли Кендоу настежь распахнул окна спальни. Комнату наполнил прохладный воздух, пропитанный ароматами ночных трав и влажной листвы. Мальчик выглянул, почти ожидая увидеть красноносого клоуна из своей детской книжки, давящего на клаксон и вопящего: «Положь кролика и дуй на представление, которому нет, нет, нет конца…»
Но за окном не было ничего, кроме ночи и темноты. Может, ему послышалось. Но нет, вот опять «рррн, рррн» разнеслось по полям. Потом еще дважды: сначала далеко, затем ближе. Ненамного, но ближе.
— Мам! — крикнул Билли, всматриваясь в темноту и представляя себе проложенную через поля современную магистраль. — Слышала?
— Ну да. — Голос у матери был усталый и безразличный. — Просто грузовик, дорогой. Не о чем волноваться. Том Даффи наверняка услышит.
Однако волноваться было о чем. Эти сигналы означали больше, чем если бы какой-нибудь старый дурак, найдя линялую и порванную старую карту, решил срезать угол от кратера с отметкой 124 до пункта US64, который, как не раз говорили люди, забредавшие в Памп-Хэндл, выдержал самый жестокий бомбопад.
«Бомбопад» — смешное слово, но для Билли именно так все и выглядело. Даже он запомнил, хотя ему в то время было около трех лет. Снаряды падали с неба как дождь. Небо роняло серебряные иголочки, и на земле все превращалось в кашу, тюрю, какую Билли делал у себя в тарелке во время ужина из картошки, овощей и мяса; густую вязкую массу неопределенного цвета. Коричневое, белое, зеленое — один цвет переходил в другой.
«Мы давно так не ужинали, — вдруг подумал Билли. — И давно никто не приезжал к ним в город. Но раз есть грузовик — а это точно он! — значит, здесь снова появились люди».
«Рррн» звучало как обещание жизни, возгласов «а вот и мы!», «посмотрите-ка на нас!». И грузовиков-то точно было больше одного. Как давно никто не проезжал через Памп-Хэндл…