За исключением двух малобюджетных британских фильмов, которые можно было не принимать в расчет, «Дракула» Брэма Стокера — причудливая смесь реальных событий и осуществленных грез, единственный вариант судьбы Дракулы, доказавший, что он мог понести поражение в начале своего пути, прежде чем обретет власть, — не имел ни одной экранизации. В 1930-х Орсон Уэллс сделал по книге Стокера радиопостановку и объявил, что будет снимать по ней фильм, в котором сам сыграет и Харкера, и графа, иными словами, станет во всех отношениях главным действующим лицом. Однако в RKO сочли, что фильм выйдет слишком дорогостоящим, и убедили Уэллса изменить свои планы и снимать «Гражданина Кейна». Почти десять лет назад Фрэнсис уговорил Джона Мильюса написать сценарий, причем главный аргумент, который он выдвинул, заключался в том, что никто, даже Орсон Уэллс, не сумел снять с этой книги сливки.
Сценарий находился в процессе бесконечной переработки, Фрэнсис соединял сцены, написанные Мильюсом, с эпизодами, которые подсказала его собственная фантазия, и с дословными цитатами из романа. Никто еще не видел окончательного варианта сценария, и Кейт подозревала, что этот вариант не появится никогда.
Интересно, сколько раз Дракула должен умереть, чтобы она смогла от него избавиться, спрашивала себя Кейт. Вся ее жизнь — это танец вокруг Дракулы, танец, который никак не может прекратиться. Возможно, она освободится от его власти, когда Фрэнсис убьет Дракулу в конце своего фильма, хотя нет никакой уверенности, что режиссер остановится именно на этом варианте финала. Никто не может считаться по-настоящему мертвым, пока не умрет на кино-экране. Или на экране телевизора.
Согласно последим слухам, Фрэнсис предложил заглавную роль Марлону Брандо. Кейт с трудом представляла себе знаменитого Стенли Ковальского и Вито Корлеоне в образе Дракулы. Один из лучших актеров в мире, Брандо стал одним из самых неубедительных экранных Наполеонов. Исторические характеры получались у него паршиво. В роли Флетчера Кристиана он тоже был ужасен.
Официально Кейт занимала в группе должность исторического консультанта. Хотя она не встречала Дракулу в те времена, когда он обитал в Лондоне, она прекрасно помнима ту эпоху. К тому же она была лично знакома со Стокером, Джонатаном Харкером, Годалмингом и всеми прочими. Как-то раз, в пору своего наивного девичества, она была до полусмерти напугана, став свидетельницей яростной вспышки Ван Хелсинга. Когда Стокер написал свою книгу и контрабандой переправил ее из тюрьмы, Кейт способствовала ее подпольному распространению, тайком печатая копии в типографии «Pall Mall Gazette». Несмотря на вес попытки запретить роман Стокера, популярность его росла. В 1912 году Кейт написала предисловие к его первому официальному изданию.
Кейт никак не ожидала, что должность консультанта предполагает такое множество обязанностей. Фрэнсис вел себя так, словно ставил университетский спектакль, а не фильм, бюджет которого составлял 20 миллионов долларов и беспрестанно рос. При этом он требовал от всех и каждого бешеной самоотдачи и откровенно плевал на корпоративные правила, запрещавшие превращать членов съемочной группы в рабов на галерах. Несколько дней подряд Кейт приходилось заниматься шитьем костюмов, а несколько ночей — установкой декораций. Но она воспринимала все это как развлечение.
Поначалу Фрэнсис засыпал ее вопросами, но потом, приступив к съемкам и оказавшись во власти собственных режиссерских видений, он утратил всякую нужду в консультантах. Если Кейт не удавалось найти себе занятие, ей приходилось сидеть сложа руки. Будучи сотрудницей «American Zoetrope», она не имела права писать статьи о съемках. Впервые, находясь внутри процесса и располагая эксклюзивной информацией, она была вынуждена держать ее при себе.
Ей хотелось написать для «New Statesman» несколько статей о современном положении дел в Румынии, однако, согласно условиям контракта, она не должна была совершать каких-либо действий, могущих вызвать гнев властей и настроить их против съемочной группы. До сих пор Кейт удавалось избегать официальных приемов, которые устраивали для группы Николае и Елена Чаушеску. Премьер был известен своей ненавистью к вампирам, которая после выступлений Трансильванского движения стала особенно непримиримой. Его намерение полностью очистить свою страну от немертвых кровососов ни для кого не являлось тайной.
Кейт знала, что она, как и другие вампиры из съемочной группы, является объектом постоянной слежки румынской Секуритате. Какие-то люди в черных кожаных пальто то и дело оказывались в поле ее зрения.