Его позвал Илья. Голос у этого человека был звучный, громкий, лицо же настолько темное, что легко можно было подумать, будто в его жилах течет африканская кровь.
Коготь дракона держал в руках Стойка. Дракула уронил его, когда враги пробились сквозь охрану и ему пришлось защищаться кинжалом. Влад взял у прислужника меч и вложил в ножны. Он все время искал взглядом человека, который был ему сейчас особенно необходим.
— А где Ион?
— Я здесь, князь.
Тремблак протиснулся вперед. Влад взглянул на него и нахмурился.
— Ты ранен. — Князь протянул руку и прикоснулся к голове товарища.
Рубец длиной с указательный палец и глубиной с ноготь пересекал щеку Иона до самого подбородка.
— Это по неосторожности, — ответил тот. — Я забыл, что враг не опасен только тогда, когда он мертв.
— Я рискну кое-что сказать, жупан. — Илья решил пошутить. — Вы теперь будете не так красивы, как прежде.
— Слава богу! — рассмеялся Грегор. — Может, и нам перепадет толика внимания от девиц из какой-нибудь таверны.
Влад неотрывно без улыбки смотрел на Иона.
— Они бежали. Никто из наших не преследует их?
— Нет, господин. Я полагаю, бой всех их вымотал.
— Или деньги кончились, — добавил Грегор.
Влад смотрел на цепь холмов, протянувшуюся впереди и вокруг него. Помимо неотлучных товарищей и пяти сотен преданных валахов, вся остальная его армия, тысяч шесть, не меньше, состояла на содержании покровителей Дракулы — банкиров Брашова и Сибиу, венгерского короля и Белого рыцаря, Яноша Хуньяди, бывшего врага Влада, а теперь его союзника. Люди сражались за золото, дрались зло, яростно, но временно, только на этот раз — и все. Теперь многие из них снимали шлемы, усаживались на землю и потягивали вино. Влад не мог не видеть, что Грегор прав. Солдаты явно считали, что уже отработали те деньги, которые были им заплачены.
Ион заметил отчаяние в глазах князя.
— Но если так обстоит дело у нас, то у них оно не лучше. — Он указал в долину. — Наемники Данести тоже наверняка считают, что отработали свое. Они больше и носа сюда не сунут.
Он подошел ближе и продолжил, понизив голос:
— Нам надо подождать, пока окончательно не стемнеет, а потом тихо уйти в горы, чтобы собрать силы.
Влад снова перевел свой взор на комету. За те мгновения, пока они говорили и не смотрели на нее, она стала даже ярче. Князю казалось, что раздвоенный хвост указывает на самое сердце его страны. Голова же кометы смотрела в сторону врагов.
— Тебе не терпится снова стать беглецом? Если мы сейчас отступим, распустим нашу армию, то потеряем все. Новый шанс нам может никогда уже не представиться.
— Или наоборот, — возразил Ион и указал на поле, покрытое мертвыми телами.
Влад тоже взглянул в долину, потом на противоположный, южный холм, над которым развевался штандарт с изображением черного орла. В отличие от Влада Владислав не вступал в сражение сам, он только посылал умирать своих людей.
Потом взгляд князя обратился к холму поменьше, который закрывал долину с востока. Там колыхалось еще несколько штандартов. Это были флаги валашских бояр, которые выступали за Данести. Очень мало таких же изгнанников, как и он сам, поддерживали Дракулести. Большинство же представителей самых знатных боярских фамилий только наблюдали за поединком, предпочитая оставаться в стороне. Они расположились на холмах, ели, пили, обменивались мнениями, забавлялись, глядя на то, как два кузена меряются силами, и не слишком волновались за результат поединка. Кто бы ни победил, они примут его как воеводу и будут служить ему, пока другой, более щедрый предводитель не переманит их к себе.
— У меня что-то мутится в глазах, — произнес Влад, стирая пот и чужую кровь со лба. — Кто это там расположился? — Он показал рукой на холм.
Грегор взглянул в ту сторону.
— Жирный Албу, ох, извините, Албу Великий. С ним Кодреа, Галес, Удристе…
— Все самые влиятельные люди, князь, — прервал его Ион. — Они ждут, смотрят, пальцем не пошевелят.
— Подождите. — Илья сделал шаг вперед. — Вон кто-то тащит сюда свой жирный зад.
Влад перевел взгляд. Вниз по склону скакали лошади. Один из всадников держал в руке штандарт Албу сель Маре, на котором была изображена голова медведя. Другой высоко вскинул руку с белым полотнищем.