Установив свою мину-ловушку, Люсиль повела группу к казармам. Эти три здания выстроились в ряд по-военному аккуратно и точно, они все были одинаковыми и похожими друг на друга, словно одетыми по форме, несмотря на то, что были замаскированы под крестьянские дома. Столовая была такой же. Везде было темно.
Люсиль проверила, все ли заняли свои позиции. Она знала, что Харкер обиделся на то, что его отправили сторожить черный ход, а не атаковать спереди в дверь, но она назначила ему эту роль намеренно — именно для того, чтобы поставить его на место.
Заняв позицию у входа в восточную казарму, она увидела Клошку и Князя, наблюдавших за ней, оба они прятались в тени. Везде вокруг под лунным светом серебряным облаком висел густой туман.
Она вытащила из сумки с боеприпасами гранату и показала ее им, чтобы они это увидели. Князь одарил ее своей волчьей улыбкой. Клошка усмехнулся, и она увидела, как блеснул его золотой зуб, когда он поднял свои две гранаты. Она выдернула чеку, опустила спусковой рычаг гранаты, повернула ручку двери и медленно приоткрыла дверь казармы.
Кивнув Князю и Клошке, она бросила свою гранату внутрь, захлопнула дверь и, упав, растянулась на земле.
Последовавшим вскоре взрывом выбило стекла из окон, и она почувствовала, даже лежа в грязи, как сотряслась земля. Затем последовало еще два взрыва и душераздирающий пронзительный крик. Она не обратила на это ни малейшего внимания и вошла внутрь. Сделав это, она услышала еще один, чуть более приглушенный взрыв. Штаб.
Кто-то открыл дверь, ведущую к собственной погибели.
В казарме она увидела несколько опрокинувшихся двухъярусных коек, в воздухе летали перья — остатки разорванной подушки. Повсюду среди обломков валялись трупы, но только в передней части помещения. Из-за белого пуха, летавшего в воздухе, здесь все было похоже на какой-то сувенирный снежный шар на празднике, устроенном на седьмом круге ада.
В задней же части казармы человек 5–6 уже начали подниматься, оправившись от шока. Она открыла по ним огонь. Один из них, который потянулся к автомату, висевшему у него на койке, стал первой ее жертвой. А затем и все остальные, пока она шла по центральному проходу, стреляя в оглушенных взрывом, ошеломленных и раненых. Ответного огня не последовало. Она открыла черную дверь, и внутрь вошел Хория. Он оглядел казарму и с уважением кивнул. Она перезарядила оружие, и они вдвоем сделали по контрольному выстрелу в голову в каждого из солдат.
Выйдя наружу, под очищающий дождь, она снова перезарядилась. Князь только что вышел вместе с Харкером, а Клошка с Кришаном выходили из восточного здания.
Князь быстро вошел в штабной домик, перешагнув через труп, свесившийся над порогом. Раздался еще один крик, резко прервавшийся посреди вопля.
Все собрались перед зданием штаба. Вышел Князь и тоже присоединился к ним, и, как обычно, он был весь в крови. Люсиль взглянула на его только что вновь испачканную одежду, пропитанную ярко-красной кровью.
«Возможно, стоит снабдить вас чем-то вроде спецодежды, которую можно будет потом выбросить», сказала она ему, после чего повернулась к Харкеру. «Вам нужно обыскать штаб в поисках какой-нибудь ценной информации, лейтенант?»
Он кивнул.
«И не забудьте оставить там несколько подарочков от Ренфилда, чтобы уничтожить все следы того, что это дело рук Князя», добавила она.
Харкер сунул руку в собственную сумку с подрывными устройствами и вытащил оттуда несколько зажигательных шашек. Люсиль открыла ему дверь штаба, а Кришан с Клошка оттащили в сторону труп дежурного офицера. Заглянув внутрь, Харкер не смог скрыть своего минутного омерзения от увиденного. Люсиль увидела на стене брызги крови.
«Нужна помощь?», спросила она, шагнув к нему, намереваясь войти внутрь за ним следом.
«Не надо тебе это видеть», сказал он ей, преградив ей путь.
«Спасибо, что оберегаешь мои нежные чувства», сказала она со всей язвительностью, какую только смогла выразить, оттолкнув его и пытаясь войти внутрь.
Но тут ей на плечо легла сдерживающая рука Князя. Как будто ее схватила какая-то каменная скала. Он наклонился к ней и заговорил ей на ухо. Она не почувствовала никакого дыхания, лишь один только его голос.
«Я предпочел бы, чтобы вы не видели плачевные результаты моих действий», сказал он. Она отступила, и Харкер вошел один.
Люсиль повернулась к Князю: «Вы что, тоже пытаетесь защитить мою хрупкую натуру?»
«Скорее, это моя попытка защитить себя самого от собственного чувства неловкости», ответил он.