— Нет, Сидонец. Как и любое другое существо на этой планете, я хочу увидеть свое продолжение в детях.
— У вампиров не бывает детей.
— Не в общепринятом смысле. Но мы можем размножаться, как вам известно.
— Если вы пытаетесь сказать мне, что хотите превратить всех людей в кровососов, это ни для кого не секрет.
Темные губы Дракулы растянулись в широкой улыбке, но до глаз она не дошла.
— Так, по-вашему, я — новая «красная угроза»? Что ж, вы не правы, Сидонец, — все вы. Какой мне прок от целой планеты вампиров? Чем я тогда буду питаться? Или любой из нас? Если вы простите мне вольное сравнение, человечество долго не протянет, если в один день пожрет или перебьет весь домашний скот. Хищник должен позаботиться о выживании своих жертв.
— Так о чем вы говорите? Хотите сказать, что не будете больше на нас охотиться?
Дракула откинулся в кресле и обвел рукой комнату:
— На дворе двадцать первый век, Сидонец. Правила изменились. Они все время меняются.
— И что же?
— Несколько лет назад кто-то — я забыл, кто именно, — отметил, что каждому веку присуши свои науки — отрасли знаний, которые его определяют. В девятнадцатом это было инженерное дело, в двадцатом — химия и физика. А двадцать первому досталась биология. В новом тысячелетии люди не только справятся со всеми болезнями, но и найдут способы использовать основу жизни.
— Вроде биочипов.
Дракула широко махнул рукой:
— Это уже настоящая реальность. Несколько моих дочерних фирм выкупили патенты на тринадцать процессов, вовлеченных в производство биочипов.
— Полезное сочетание интересов, не так ли, граф? «Парадиз Лакруа» прибрал к рукам все сетевые компании, а спутники, системы связи и фирмы по производству электроники, которыми вы владеете, вытеснили остальных с рынка оборудования.
— Кто из нас оказывает больше влияния на современный мир? — Улыбка Дракулы стала еще шире.
Сидонец подумал, что вампир смахивает на гигантскую белую акулу, готовую к атаке.
— Я или управление?
— Может, Уолл-стрит и Лондонская фондовая биржа и лижут вам задницу, зато у нас в руках все секреты, которые не стоит разглашать.
Сидонец прокрутил в голове все факты:
— Думаю, получается так на так. Мир принадлежит нам обоим: деньги и информация.
— Правильно. И пока это противостояние продолжается, ни один из наших великих домов не сможет извлечь должную прибыль. Мы похожи на двух великанов, швыряющихся друг в друга камнями: никто не ранен, но множество сил уходит на гнев.
Внезапно все стало совершенно ясно: у компании было нечто, очень нужное вампиру, или тот полагал, что может купить долю в деле.
— Что вы предлагаете и что хотите получить в обмен?
— Мне ни к чему меняться. Я сделаю вам подарок.
Граф сложил длинные пальцы домиком.
— Лекарство от СПИДа.
Сидонец вовремя спохватился и удержался от того, чтобы наклониться вперед, к экрану. Не стоило слишком явно проявлять интерес.
— Просто подарите?
— Считайте это демонстрацией веры в будущее. И еще доказательством того, что я в состоянии справиться с любыми сюрпризами, которые мне подкинет ваше управление.
Сидонец сжался в кресле. Опять захотелось выпить, но он не решался налить себе еще. То, что вампир знал о причастности управления к катастрофе со СПИДом, его не слишком удивило.
— Конечно, я всегда могу отправить свой подарок по другому адресу, например в Китай. А заодно обнародовать сведения о том, кто выпустил штаммы ВИЧ. «Черные проекты» под номером и с.
— Никто вам не поверит. Чертовы слухи ходят с тех пор, как вирус был идентифицирован.
— У меня есть доказательства. Докладные записки из вашего департамента, финансовые отчеты, подписи президента. Идея, что правительство запустило смертоносный биологический агент еще до того, как тот был проверен соответствующим образом, и даже до того, как была разработана сыворотка, покажется вполне логичной параноикам определенного сорта… Но, конечно, я умолчу о том, кто был вашей первоначальной целью. Сомневаюсь, что даже самые одержимые приверженцы теории заговора проглотят идею об антивампирском вирусе.
Сидонец облизал губы:
— Если вы в любом случае собираетесь подарить нам лекарство, к чему угрозы?
— Чтобы показать вам, на что способен «Парадиз Лакруа». Как я уже говорил, я надеюсь, что наступивший век положит конец всем болезням, и хочу, чтобы ПЛК был ведущим игроком.
Это звучало неправдоподобно. Никто не был способен на такую щедрость.
— Что мы должны сделать, чтобы получить ваше чудо-средство?
— Сделать? Ничего. Смотрите.
Дракула опустил руку под стол — выглядело так, словно он выдвинул ящик. Когтистая клешня исчезла из виду и до чего-то дотронулась. Все экраны на видеостене одновременно выключились, а затем снова включились. И на каждом был фрагмент одной большой картинки. Сидонец решил, что это напоминает огромный компьютерный монитор.
Дракула нажал на что-то еще, и по стене снизу вверх побежали слова. Слишком быстро, чтобы Сидонец смог разобрать их значение. Но, похоже, активировалась какая-то программа.
— Кто бы мог предположить двадцать лет назад, что можно посылать обширные объемы информации по телефонным линиям или через спутник, — заговорил вампир.
Картинка изменилась. Теперь Сидонец мог разглядеть графики и формулы, столбики цифр и диаграммы со статистическими данными. Дракула набрал дополнительные команды на том, что, как запоздало понял Сидонец, было клавиатурой, и строки с экранов исчезли. Выплыл текст подтверждения.
Дракула вернул клавиатуру под стол и откинулся в кресле, снова сложив пальцы домиком.
— Вот и все. Все данные по антивирусному препарату дожидаются внимания вашего Директора на его личном терминале. Формулы, результаты испытаний, протоколы синтеза. Считайте это подарком от корпорации «Парадиз Лакруа». И не беспокойтесь насчет того, что кто-то перехватит информацию: все мои каналы совершенно безопасны.
Он опять поддразнивал Сидонца: Лэнгли в течение многих лет пытался взломать защиту ПЛК. Безуспешно.
— Можете назвать меня циником, граф, но как-то в голове не укладывается мысль, что вы просто подарили нам нечто, потенциально стоящее миллиарды долларов. Эта штука убивает пациентов через десять лет? Превращает их в зомби-дерьмоедов? Или как?
Вампир негромко рассмеялся:
— Я восхищаюсь вашей прямолинейностью, Сидонец. Всегда восхищался. Но нет — это самое настоящее лекарство, с очень скромными побочными эффектами. Ничего более ужасного, чем, скажем, при обычной химиотерапии.
Сидонец сменил тактику:
— Если вы полагаете, что это искупает все ваши прошлые деяния…
— Я знаю: управление невозможно купить. Патологическая преданность очевидно ложной концепции… Повторяю: я сделал вам подарок. Все, о чем я прошу… — Дракула махнул рукой, словно это помогло ему озвучить неприятную для него просьбу, — одно небольшое одолжение.
«Вот оно! — подумал Сидонец. — Сейчас начнется торговля».
— Насколько небольшое?
— Ничего такого, что вызвало бы кардинальные изменения во внешней политике управления.
— О чем вдет речь?
— О России.
— Я ничего не могу обещать.
— Вы опять пытаетесь играть словами, мистер Сидонец. У вас есть все полномочия для завершения сделки, или вас здесь не было бы.
Сидонец глубоко втянул воздух:
— Что вы предлагаете?
— Россия стоит на пороге гражданской войны, худшей со времен падения Рима. Скорее всего, нынешний терроризм перерастет в открытое восстание. Каждый генерал, сумевший раздобыть хотя бы один танк, будет бороться за место в Кремле.