Ф р е д с чемоданом идет через площадь.
Фред! Куда ты так летишь?
Ф р е д (останавливаясь). Ну, что?
Г е р т а. Ты какой-то другой, безразличный.
Ф р е д. Если я кажусь таким, тем лучше.
Г е р т а. Что за комедия. Да еще с чемоданом.
Ф р е д (с иронией). Сегодня целый день разыгрывается комедия. Но не я ее герой. (Смотрит на Герту.) Мы прячемся в своем безразличии, но вдруг появляется некто с застывшим лицом, в котором только что была жизнь, держит нас мертвой хваткой. Это любовь?
Г е р т а. Ты говоришь о Грете?
Ф р е д. Я не могу с этим справиться, а разве кто-нибудь может? С любовью и смертью сразу?
Г е р т а. И поэтому ты бегаешь по улицам, позабыв обо всем?
Фред смотрит на нее вопросительно, с легким упреком.
Ведь ты рискуешь листовками.
Ф р е д. В чемодане их нет. Они в шкафу, в моей комнате. Для вас главное чемодан. Для тебя и для Кунерта.
Г е р т а. Они взяли Кунерта.
Ф р е д. То есть как? У них же нет улик.
Г е р т а. Конечно, улик у них нет.
Ф р е д. Улики здесь, в чемодане.
Г е р т а (быстро становится на колени и открывает чемодан. Поднимается, с трудом находя слова). Ты был там? (Помолчав.) А штурмовики?
Ф р е д. Я же сказал, я не знаю, как справиться со смертью.
Г е р т а. Ты сказал: «И с любовью».
Ф р е д. Еще не хватало подвергать опасности тебя.
Г е р т а. О, Фред. (Помолчав.) А штурмовики?
Ф р е д. Они там во время факельного шествия строили всех в шеренги. Я переждал.
Г е р т а. Они могли задержать тебя в любую минуту.
Ф р е д. Риск был. Я вспомнил, что окно клозета открыто, мне Кунерт говорил. Я влез со двора. Страшнее всего было внутри. Я никак не мог найти всех ключей от ящиков и секретеров. И этот дрожащий свет факелов на стенах и потолке. Все-таки я нашел их в картонке на одном из письменных столов. (Облегченно.) И вот я здесь. И даже как будто спокоен.
Г е р т а (приближаясь к нему). Тебе надо отдохнуть, хоть ты и не рвешься в герои. (Кладет голову ему на плечо.) Нет, это я не рвусь. Никогда еще я так не радовалась жизни. Я люблю тебя.
Ф р е д. За сегодняшний день ты — третья говоришь мне это.
Г е р т а (улыбаясь). Ты все-таки Дон Жуан. Ну и пусть. (Целует его.)
От угла со стороны кафе к ним медленно подходит Б р у н о.
Б р у н о. Вам, видно, холод не помеха?
Г е р т а (оборачиваясь). А вам какое дело?
Б р у н о. Собственно, никакого. (Берет чемодан.) Мне нужно только вот что.
Ф р е д. Отдайте мой чемодан.
Б р у н о. Ты его получишь, но без содержимого. (Герте.) Кто говорил сегодня днем во дворе, что листовки важнее всего? Что ж, поглядим.
Г е р т а (понимая, что членские списки в опасности, и одновременно вспомнив свои неосторожные слова о листовках). Вы ищете листовки? Они у меня наверху. (Стремительно бросается к дому.) Вы сами можете убедиться!
Б р у н о (помедлив). Ну погоди, если врешь! (Ставит чемодан, идет за ней.)
Ф р е д. Она отвлекла его. (Хватает чемодан.) Куда теперь? Чемодан нужно убрать, да, а мне смыться, пока он не вернулся. (Бежит к кафе, дергает дверь.) Что, уже закрыто?
М а р и я Д е р ф л е р (открывает дверь). Ты? Передумал?
Ф р е д. Не спрашивай. Мне нужно к тебе.
Э р н с т (появляясь из-за угла дома). Куда девался этот тип? (Марии Дерфлер.) Снова в кафе?
Ф р е д (Эрнсту). Идите наверх, к Герте, он пошел за ней.
Э р н с т (на ступеньках кафе). Задняя дверь открыта? (Вбегает в кафе.)
М а р и я Д е р ф л е р. Что там с Гертой? Ведь я ему ничего не сказала, когда он спрашивал о ней.
Слышится звук выстрела.
Что это? И где-то совсем рядом. (Спускается по ступенькам, доходит до угла, вскрикивает.) Господи. Там, там лежит Герта!
Ф р е д бросается за ней. Из кафе появляется Б р у н о, он тяжело дышит.
Б р у н о (прислоняясь к стене). Ага, вот я где. Хорошо, что задняя дверь была открыта. (Видит чемодан.) Чемодан? (Прислушивается.) Он меня только задержит. (Бежит к площади.)
В дверях кафе появляется Э р н с т, он несколько раз стреляет вслед Бруно.