Стук в дверь. Входит ф р е й л е й н М а т ц.
Ф р е й л е й н М а т ц. Прошу прощения. Пришел репортер. Он просит его принять. Ему необходимы производственные новости для воскресного приложения.
Д и р е к т о р. Передайте ему, пусть пишет о майских жуках. Это всегда интересует людей в декабре месяце. Я не могу его принять. Тем более сейчас.
Ф р е й л е й н М а т ц (хихикнув). Но… (встретившись со взглядом директора) хорошо. Я передам. Майские жуки… (Уходит.)
Д и р е к т о р. На время ремонта принято останавливать печь. Так всегда делали. (Пауза. Вытирает пот со лба.)
Т р а к е н е р. Я не вижу другой возможности.
Б и т т н е р. Правильно. Всегда так делали.
Кант молчит.
Д и р е к т о р. Если мы остановим печь, то все полетит к черту. Над нами висят сроки сдачи продукции.
Т р а к е н е р. Но ведь были случаи, когда сроки переносили.
Д и р е к т о р. Были. Но в данном случае из-за четвертой печи проваливается весь производственный план. Остановка печи — невозможна.
Т р а к е н е р. Понятно, но и работать на ней невозможно.
Д и р е к т о р. Именно об этом я хотел спросить.
К а н т. Вы хотите отремонтировать печь, не гася ее?
Д и р е к т о р. Конечно, ту камеру, в которой производится работа, будем выключать.
Т р а к е н е р. Безобразие.
Б и т т н е р. Если бы это было возможно, предприниматели давно бы так делали.
Т р а к е н е р. Вопрос в том, кто раньше свалится: каменщики или печь?
К а н т. При ста градусах жары работать можно. Спрашивается только, можно ли хорошо работать? Я сомневаюсь в этом.
Ш о р н. Это вопрос не только техники и материала.
Т р а к е н е р. А прежде всего вопрос сознательности. Я не осмеливаюсь вам возражать, в конечном счете, вам за это платят. Но ведь речь идет только о конкретных фактах.
Ш о р н. Рабочий класс сам создает новые факты.
Т р а к е н е р. Шляпу долой перед рабочим классом. Но эксплуатация далеко не новый факт.
Д и р е к т о р. Каменщик Балке изъявил желание произвести ремонт, не останавливая печь. Я за то, чтобы обсудить его предложение.
Т р а к е н е р. Балке путаник.
Ш о р н. Балке каменщик.
Т р а к е н е р. Понятно. Если Балке починит печь, он станет героем. Если печь прорвет, мы окажемся саботажниками.
Шорн улыбается.
Б и т т н е р. Печь треснет.
Б а л к е. Она уже треснула.
Б и т т н е р. Ты считаешь, что ты хитрее всех?
Т р а к е н е р. Я снимаю с себя всякую ответственность.
Б а л к е. Я требую, чтобы мне разрешили починить печь.
Пауза. Тракенер закуривает сигару.
Д и р е к т о р. Все полетит к черту.
Т р а к е н е р. Думайте обо мне что хотите. Но я всегда выполнял свой долг.
Д и р е к т о р. И даже больше.
Т р а к е н е р. Так точно. Даже больше. Но чтобы я поставил на карту свою репутацию специалиста — это уж слишком. Этого от меня никто не может требовать. (Пауза.) Этот план можно бросить в мусорную корзину, сплошная утопия.
Б а л к е (директору). Я могу перестроить печь и без инженера.
Т р а к е н е р. Пожалуйста. (Встает.) Я везде заработаю себе кусок хлеба. Строить ваш социализм — не большое удовольствие. (Гасит сигару.) Даже сигары не доставляют удовольствия.
Ш о р н. Вы правы.
Т р а к е н е р. Что?
Ш о р н. Я сказал, вы правы. Но Балке не может исправить четвертую печь без помощи инженера.
Пауза. Тракенер садится и снова закуривает сигару.
К а н т (к Балке). Вы сделали расчеты?
Б а л к е (протягивая ему бумагу). Я попытался их сделать.
Молчание. Кант просматривает расчеты.
Цех. Р а б о ч и е, д и р е к т о р, Б а л к е, Ш у р е к.
Д и р е к т о р. Нам предстоит большое дело. Оно послужит примером для всего завода. Этим мы докажем, на что способен рабочий класс. Для всех вас большая честь принимать участие в таком деле.
Пауза.
Ш у р е к. Обыкновенная работа. Только ее делают впервые.
Р а б о ч и й. Водка остается водкой, сказал хозяин пивной и разлил скипидар.
К р ю г е р. Это эксплуатация.