Б а л к е. Речь идет о плане, коллеги.
Г о л о с (из задних рядов). Плевали мы на план.
Б а л к е. А без плана нам и плевать будет нечем.
Очкарик хихикнул и умолк оттого, что никто его не поддержал.
Один я не смогу исправить печь, а она нам необходима.
Молчание.
Д и р е к т о р. Вот ты, Крюгер, говорил об эксплуатации. Тебя всю жизнь эксплуатировали. А теперь твой сын учится в университете.
К р ю г е р. Я, что ли, послал его в университет? Я был против.
Пауза.
Б а л к е. Придется нелегко, в печи высокая температура. Двойная оплата, тройная работа.
Р а б о ч и й. Плюс восемь лет, если пойдет наперекосяк, как у Лерки.
Б и т т н е р. Все это бред собачий.
Б а л к е. Я знаю, что делаю.
Пауза.
К о л б е. Я сидел в танке до сорок пятого. Тоже не холодильник. Я пойду с тобой.
К р ю г е р (выходит вперед). Ладно, и я, раз нужно.
Двор. Ш т е т т и н е р, Г е ш к е, позже О ч к а р и к и К о л б е.
Ш т е т т и н е р. Тебе нужен сухой кирпич, Гешке? Около четвертой печи большой запас.
Г е ш к е. Они нужны Балке.
Ш т е т т и н е р. Вот именно.
О ч к а р и к выходит из столовой, останавливается.
Парень, если им удастся исправить печь, вся наша выработка полетит к свиньям до тысяча девятьсот восьмидесятого года.
К о л б е выходит из столовой, несет еду для Балке.
(Громко.) Посмотрите-ка, он уже тащит еду прямо в печь этому господину бригадиру. Он страхуется.
К о л б е. Если я узнаю, кто стащил у Балке куртку, чтобы он прямо из печи через двор в столовую бегал, — будь спокоен, я знаю, что с ним сделаю.
Ш т е т т и н е р. Люди злы.
К о л б е уходит.
Г е ш к е. Ты взял куртку?
Ш т е т т и н е р. Если тебе нужна куртка, я дешево продам, Гешке.
Г е ш к е уходит.
О ч к а р и к. Хороший материал?
Ш т е т т и н е р. Чистая шерсть. Почти совсем новая.
Около печи. Б а л к е и К р ю г е р. Оба измучены. Подходит К о л б е с пивом и едой.
К о л б е (пьет). По сравнению с печью мой танк был просто холодильником.
Б а л к е (ест). Печь — это тебе не нацистский танк. В любой момент можно вылезти.
К р ю г е р (к Колбе). У тебя есть газета?
К о л б е (вынимает из кармана газету). Вот: «Прорыв на народном предприятии «Красный Октябрь». Рабочие народного предприятия «Красный Октябрь» добиваются ликвидации прорыва. Активист Балке разработал план перестройки треснувшей печи без остановки производства, что до сих пор в этой области промышленности считалось совершенно невозможным. Поддержанный председателем профсоюзного комитета Шуреком…»
К р ю г е р. Вот именно Шуреком.
К о л б е. «…этот план был восторженно принят общественностью, несколько он принесет экономию в сумме четырехсот тысяч марок и обеспечит выполнение плана. Мы нашли бригаду смелых новаторов на их рабочем месте, где царит энергичная деятельность, и смогли заглянуть в печь. Работа этих людей является примером социалистического темпа…» Трепач! Без такого темпа сожжешь себе лапы! (Читает дальше.) «Они работают в рукавицах, потому что кирпичи раскалены, а у нас в основе всего стоит забота о человеке. Выключая по очереди камеры, треснувшие кирпичи снимают и заменяют новыми. А тут же рядом за тонкой стеной продолжает гореть пламя. Случается, что обувь рабочих загорается. Поразительное достижение, которое неспециалист, даже не может себе представить. С полуобнаженных тел струится пот, но лица рабочих говорят о твердой решимости и уверенности в успехе. Коллеги гордятся ими».
Б а л к е. Так гордятся, что даже воруют у нас сухой кирпич, который нам необходим.
К о л б е. Если этот писака снова сюда заявится, он у нас пройдет выучку в печи при ста градусах.
К р ю г е р. Но тебя он очень здорово разукрасил, Балке.
Печь. Б а л к е, К р ю г е р и К о л б е за работой. О ч к а р и к, проходя мимо, бросает кирпич и попадает прямо в Балке.
К р ю г е р. Ну уж это слишком.
К о л б е (поднимая кирпич). Мы его сохраним. Это вещественное доказательство.
Б а л к е (потирая ушибленное место). Он сухой?